×

Предупреждение

JUser: :_load: Не удалось загрузить пользователя с ID: 137
Великая Отечественная война. г. Белорецк

Великая Отечественная война. г. Белорецк (207)

Иван Ефимович Садовщиков принадлежит к категории людей, судьба которых сама по себе является целой эпохой: он с честью разделил все испытания, выпавшие на долю страны, сумев сохранить лучшие человеческие качества.

Родина его родителей - село Кага: отец и мать трудились на Кагинском проволочно-гвоздарном заводе. После пожара, уничтожившего все заводские постройки, они переехали в Белорецк. В двадцатые годы годы прошлого столетия, когда город ощутил ледяное дыхание голода, Садовщиковы решили попытать счастья в Учалинском районе.

- Жизнь постепенно входила в свою колею, через два года родился я, а ещё через три родители решили вернуться обратно, - вспоминает Иван Ефимович. - Видимо, тосковали по Белорецку, да и отец скучал по комбинату. Вот так у меня появилась вторая родина.

Началась другая, белорецкая, жизнь: извилистые улочки Нижнего селения дарили весёлые игры и приключения, а школьная пора открывала удивительные горизонты нового мира. Иван всегда был активным и деятельным парнишкой: мог легко покорить любую вершину знаний - был "Ударником учёбы", принимал участие в праздничных мероприятиях и спортивных соревнованиях. Когда заканчивал седьмой класс, умер отец, и детство кончилось в одночасье. В это же время старшего брата призвали в армию, и Иван пошёл учиться в педагогическое училище, чтобы помогать маме. Не успел пролететь учебный год, как вчерашние мальчишки и девчонки услышали: "Война!"

- В июне 1941 года мы закончили училище, а уже в июле я был призван в армию и отправлен на фронт, - рассказывает Иван Ефимович. - Сначала попал в Свердловское пехотное училище, затем нас перекинули под Вязьму, где я в бою получил ранение и был отправлен в госпиталь под Москвой. Ещё раны не успели затянуться, стал проситься обратно в полк. Но судьба распорядилась иначе: сначала я попал в боевую группу Лаврова, куда входил взвод сапёров, взвод автоматчиков и артиллерийская батарея. Нашей задачей была оперативная блокировка прорыва противника на фронтовой полосе. Спустя некоторое время меня направили в 298-ой отдельный инженерно-сапёрный батальон, в котором я стал командиром отделения. Сколько дорог, лесных массивов, боевых проходов разминировали, страшно вспомнить! Однажды при очистке лесной тропы от противотанковых мин решил убрать с дороги мешавшуюся ветку и услышал щелчок. На мою удачу взрыва не последовало - оказалось, граната, которая служила толовой шашкой в фугасе, развалилась. В общем, получил боевое крещение и опроверг поговорку: "Сапёр ошибается только один раз".

Вместе с батальоном он прошёл весь Западный фронт и дошёл до Берлина. Однако автограф на Рейхстаге поставить не удалось: роту отправили обеспечивать безопасность речной переправы. Когда форсировали реку Одер, попали под обстрел немецких самолётов. Иван Ефимович провалился под лёд, к счастью, находившийся рядом солдат не растерялся и помог ему выбраться. За годы военной службы герой публикации был награждён знаком "Отличный минёр", Орденом Красной звезды, Орденом Отечественной войны I степени, медалями за Отвагу, за боевые заслуги, за взятие Берлина, за победу над Германией, за освобождение Белоруссии, Варшавы. Война для него закончилась лишь в 1947 году: его батальон в течение полутора лет занимался разминированием лесных массивов и населённых пунктов в Смоленской и Калужской областях.

- Когда вернулся в Белорецк, устроился работать на сталепроволочный завод контролёром ОТК, - вспоминает ветеран. - Много ездил в командировки по городам СССР, отстаивая качество белорецкой продукции. Вместе с такими же бывшими военными добился, чтобы в техникуме открыли вечернее отделение, где можно было получать образование без отрыва от производства. Через некоторое время перевёлся в канатный цех № 3, где меня назначили старшим мастером, потом стал начальником планово-распорядительного бюро, затем - старшим инженером подготовки производства.

Именно здесь пригодились военная закалка и твердость характера: с любыми ситуациями Иван Ефимович справлялся достойно. Даже после выхода на пенсию не оставил предприятие: был инструктором производственного обучения у ребят-практикантов, учил их не только мастерству профессии, но и передавал бесценный жизненный опыт. И уйдя на заслуженный отдых, продолжает оставаться деятельным человеком: в своё время добился газификации улиц Нижнего селения, старается, по возможности, всегда и во всём помогать людям. Он и сейчас не сидит сложа руки, занимается домом, интересуется событиями, происходящими в мире, не устаёт дарить любовь и заботу своей семье: детям, внукам и правнукам.

- Наше поколение пережило тяжёлое испытание, - говорит ветеран. - Хочется надеяться, что подобное никогда не повторится. Ведь война - самое страшное, что может случиться в жизни человека.

Источник: 

Латохина, И. Поколение победителей [Текст] : [ветеран Великой Отечественной войны И. Е. Садовщиков] / И. Латохина // Металлург. - 2015. - № 7. - С. 2.

Борис Иванович Васильев много лет назад стал икать своего отца – Ивана Архиповича. Вернее, его могилу. В письме, написанном командиром роты, говорилось: «Уважаемая Вера Родионовна! Ваш муж Васильев Иван Архипович погиб смертью храбрых в боях за Родину с немецкими оккупантами 4.II.1942 г. за деревню Крюково. Как командир роты, я могу сказать Вам, что муж Ваш был примерным бойцом, мужественным, дисциплинированным и преданным до конца делу Ленина-Сталина. Не отчаивайтесь и не падайте духом, дорогая Вера Родионовна. Желаю Вам всего хорошего. Былинкин».

Итак, была единственная зацепка – деревня Крюково. Но где эта деревня? В какой области? Борис Васильевич писал в какие-то инстанции и получал казенные ответы: «не значится», «документы не обнаружены», «сведений нет». Тогда за дело взялся Александр Васильевич Васильев… Конечно, ему проще: он в Москве живет, ближе ко всем архивам и высоким инстанциям.
Александр Васильевич и Борис Иванович Васильевы – двоюродные братья. Оба родом из Верхнего Авзяна.
Александр Васильевич по профессии художник. Человек интеллигентнейший. И очень настойчивый. Поначалу он получал такие же стандартные ответы на свои запросы об Иване Архиповиче (он ему приходится дядей): «В какой воинской части проходил службу, где, при каких обстоятельствах пропал без вести, сведений и донесений нет» - это ответ из Центрального архива Министерства обороны.
«В картотеке погибших, умерших от ран и пропавших без вести в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. на территории Московской области ВАСИЛЬЕВ И.А. не значится. Населенных пунктов Крюково Московской области насчитывается двенадцать» - это ответ из книжной редакции «Книга Памяти».
Итак, деревень Крюково в Московской области - двенадцать. Дотошный Александр Васильевич написал письма во все эти деревни, во все сельсоветы, но все безрезультатно. Следы Ивана Архиповича нигде не обнаруживались…
А в Тверской области (туда Александр Васильевич тоже писал) было 20 деревень Крюково — об этом грустно сообщил военный комиссар области в своем ответе и порекомендовал обратиться в Центральный архив Министерства обороны.
Александр Васильевич своими запросами добрался до Смоленщины…
И где только нет деревень с названием Крюково! В Сычёвском районе Смоленской области их во время войны было две… Александр Васильевич уже как за соломинку ухватился за этот факт. И не прогадал! Неожиданно он получает ответ из Сычёвского района, от председателя районного совета ветеранов Н.Г. Манько, которому написал письмо с просьбой помочь найти могилу своего дяди Ивана Архиповича.
Александр Васильевич и его брат Борис Иванович читали эти строки со слезами на глазах: «На территории обеих деревень в 1941-1943 годах шли жестокие бои. Я внимательно прочитал письмо командира полка Вере Родионовне, датированное 7 апреля 1942 года. Дело в том, что мне приходят сотни подобных писем, так что выяснить все подробности для меня не составило большого труда. Если бы оно попало ко мне раньше, то уже тридцать лет вы могли бы приезжать на могилу своего дяди. Теперь о том, что удалось установить по поводу вашей просьбы: Васильев Иван Архипович 1914 года рождения, уроженец с. В.-Авзян Белорецкого района БАССР, погиб 4 февраля 1942 года в районе д. Крюково Сычёвского района Смоленской области. По номеру полевой почты мне удалось установить, что он воевал в 262-й стрелковой дивизии. В 1954-1956 годах производилось перенесение останков из одиночных могил на братское воинское кладбище (расположено в Сычёвке). Фамилия вашего дяди внесена в Памятный альбом этого кладбища под № 4677».

Источник:

Калугин, И. У деревни Крюково [Текст] : [Васильев И. А. , уроженец с. В.-Авзян, погиб 4 февраля 1942 г. в районе д. Крюково Сычёвского района Смоленской области] / И. Калугин // Белорецкий рабочий. – 2015. – 7 февраля. – С. 2.

 

 

 

«Харисов – обычный рядовой стрелок, разведчик, связист, командир батальона, который выполняет отдельные важные задания – вот кто Харисов сегодня в батальоне! Харисов – глаза и уши командира батальона капитана Дусметова, его правая рука. Весь личный состав батальона его называет «Наш Харис», - пишет Вали Гирфанов в своей книге «Капитан Дусметов и его батальон» о белорецком милиционере Амирхане Харисове, уроженце деревни Абзаково.  В книге приказов управления рабоче-крестьянской милиции значится, что Амирхан Харисов был принят на должность милиционера в 1940 году. На следующий год молодой сотрудник был призван на фронт. Воевал он отчаянно. В 1943-м был награжден орденом Красной Звезды. «Товарищ Харисов прибыл в полк в январе 1942 года, за это время показал себя дисциплинированным и настойчивым младшим командиром. В борьбе с немецкими оккупантами показал смелость и отвагу. 25 июля 1943 года в момент наступления противника был ранен командир роты, и товарищ Харисов смело взял командование на себя и отразил атаку немцев, в этом бою он убил пятерых немцев. Харисов не дрогнул, когда их осталось восемь человек, а наступало до тридцати немецких автоматчиков, подпустив их на близкое расстояние залповым огнем расстреляли их», - написано в копии наградного листа, которая хранится в музее полиции. Также он был награжден медалью «За отвагу». 7 января 1943 года в рукопашном бою он лично уничтожил трех фрицев и одного немецкого офицера, при этом захватил несколько немецких пистолетов, десять винтовок и документы. Всего в этом бою уничтожил десять гитлеровцев. Этот факт художественно описан в той же книге Вали Гирфанова. Автор смог передать героический образ солдата через его бесстрашный и воинственный характер.  Старшина Харисов участвовал в Сталинградской битве. Вот эпизод, который рассказывает еще об одном подвиге Амирхана Харисова: «В одном из сражений (район Н. Мерчик Харьковской области) Харисов заметил подозрительную автомашину на передовой линии врага. Он недолго думая надевает каску фрица, берет немецкий автомат и ползет в сторону этой машины. Лежа поднимает автомат и показывает шоферу жесты «Сюда! Сюда!» Шофер думает, что его зовет свой солдат и направляется в его сторону. Как только машина подъехала к одной балке, Харисов дает команду: «Руки вверх!» Шофер только тогда понимает, что попал в ловушку. Он пытается оказать сопротивление. Но очередь харисовского автомата успокаивает его навеки. Харисов машину передвигает в нашу сторону. В машине оказались военные припасы. Ночью машина в исправном состоянии была перенесена в нашу сторону. В машине оказались военные припасы. Ночью машина в исправном состоянии была перенесена в нашу сторону». По некоторым источникам известно, что Амирхан Харисов пропал без вести в 1943 году. Однако его имя бережно хранится односельчанами, сотрудниками белорецкой полиции. В родном селе Абзаково одна из улиц названа в его честь. Ежегодно 9 мая в День Победы проходит легкоатлетическая эстафета в честь Амирхана Харисова, в которой участвуют школьники и молодежь села. В этом году пройдет 40-я эстафета. В музее отдела полиции хранятся фотография и копии наградных листов Амирхана Харисова.

Источник:

Байбулатова, Г. Память о старшине Харисове жива [Текст] : [участник ВОВ А. Харисов. Пропал без вести в 1943 г.] / Г. Байбулатова // Белорецкий рабочий. – 2015. – 21 февраля. – С. 4.

 

Мой дед Василий Кузьмич Быков родился и проживал до Великой Отечественной войны в посёлке Верхний Авзян. Был обыкновенным деревенским парнем, но было у него одно увлечение – он играл на трубе в местном духовом оркестре. В 1941 году Василий в составе оркестра провожал на войну своих односельчан, а через год сам был призван по мобилизации Белорецким РВК. В войне участвовал с апреля 1943 по май 1945 года в составе 110 танковой дивизии, в музыкальном подразделении, но демобилизован был лишь в марте 1947 года.

Возвращаясь из Австрии в 1947 году, Василий Кузьмич вёз домой память о боевых товарищах фотографии, отпечатанные на бумаге австрийского производителя VoigHander. Это были первые фотографии в доме, до сих пор хранятся они в семейном архиве. В качестве трофея дед привёз с войны немецкий фотоаппарат. С тех самых пор он увлёкся фотографией, стала запечатлеваться не только в памяти, но и на фотобумаге семейная хроника. Надо сказать, что у деда было правило: на обратной стороне фотоснимка указывать дату, место и участников.
Представленным фотографиям 70 лет. Сделаны они в последние годы Великой Отечественной войны на территории Германии и Австрии. Главные герои фотографий – музыканты 110 танковой дивизии. 
«На память мамаше, бабусе, деду, братишке Коле, сестрёнке Нюре от Вашего сына, внука и брата Василия и от дружной красноармейской семьи [список красноармейцев]. Дни Отечественной войны, г. Рава – Русская. 15.09.44 г.» Дед мало и без подробностей рассказывал о войне, особенно тяжёлыми были воспоминания о сражениях под Курском. 
«Дорогим родным. В минуты досуга. Германия. 29.04.45». 
Маленькое, ничем не примечательное фото. Но если посмотреть на дату и знать откуда солдат, то многое становится понятным. Русский деревенский парень сфотографирован на фоне велосипеда – по тем временам редкость для советской глубинки. Солдат всем своим видом показывает, что имел удовольствие на нем прокатиться. Мечте Василия о велосипеде дано было осуществиться спустя 10 лет по возвращению домой. Это была первая техника, приобретённая семьёй. И служила она не для развлечения, а только как средство передвижения семьи на сенокосные угодья.
«Апрель 1945 г., Германия, г. Лигниц». 
На этой фотографии чувствуется приближение окончания войны. Оно во всём: в улыбающихся лицах, в жестах, в азартном поведении, в фантазии молодых солдат. Мы видим, как они откровенно позируют фотографу для своих родных, изображая весёлое музыкально-хмельное застолье. 

Источник:

Горбатова, Е. Победа близка! [Текст] : [ветеран ВОВ В. К. Быков. В войне участвовал с апреля 1943 по май 1945 года в составе 110 танковой дивизии, в музыкальном подразделении, но демобилизован был лишь в марте 1947 года] / Е. Горбатова // Белорецкий рабочий. – 2015. – 21 февраля. – С. 2.


 

В Венгрии он первым с группой бойцов форсировал реку Тиса и занял оборону. За этот смелый прорыв старшина Осокин мог получить звание Героя Советского Союза. Но героем стал другой.

Тот, другой, оказался офицером. Он тоже в сопровождении своей группы сумел форсировать реку одновременно с Осокиным и занял оборону в своем месте. На войне были свои наградные лимиты: Звезда Героя одна, а героев – двое. Командование долго голову не ломало: награду получил офицер, а не старшина Осокин. Василий Павлович был не в претензии. В ту пору солдаты на все звания и награды смотрели куда как проще, чем сегодня. Никакого тебе тщеславия… По факту героями были многие. Звёзды получали единицы.
Василий Павлович Осокин прошел всю войну. Прошагал! Он воевал в пехоте, которую называли «царицей полей».
- Да уж, «царица», - с некоторой иронией протягивает Василий Павлович. И тихо добавляет: – Каторга…
По статистике, из ста пехотинцев восемьдесят оставались лежать на полях. Мало того что пешком отмахиваешь десятки километров за сутки, роешь окопы, занимаешь оборону, - так еще атака. Это самое страшное.
- Страшно, конечно, - продолжает мысль Василий Павлович. – Идешь в атаку, а впереди тебя боец падает с оторванной осколком ногой… Помогала ярость.
Ярость!
Он помнит свой первый бой и первое ранение. 
- Это на Дону случилось. У нас командир взвода был Халиков, татарин. Шустрый такой! Кричит всем: «Огонь только по моей команде!» А нам уже невмоготу! Вот они, танки! А Халиков все ближе и ближе их подпускает… И наконец рявкнул: «Давай, ребята!» Я стал палить… Всю душеньку вывернул! Такая злоба взяла! Немцы слева от танка шли. И тут выстрел – снаряд разорвался рядом со мной, меня осколком по голове и зацепило.
Кто-то вынес его с поля боя. Санбат, перевязка, и опять в строй.
Василий Павлович родился в рубашке. Вернее, в маскхалате. Под Сталинградом, когда немцы попали в окружение, он получил задание пробраться в соседний блиндаж и передать паек – военный термос с чаем и хлеб. Наши солдаты уже несколько дней сидели без еды. А немцы окопались совсем рядышком, и можно было крикнуть им «Гитлер капут!»
Василий Павлович облачился в маскхалат и пополз. Была ночь. Главное – не нарваться в темноте на немцев. Не свалиться во вражеский блиндаж. Впрочем, немцы сами оказывали услугу, освещая ракетами местность… Вот и свои. Осокин передал паёк и собрался обратно. Командир предложил остаться: дескать, сиди лучше с нами, не факт что назад живым доползешь. Но у Осокина был приказ вернуться. И он пополз. Опять свист ракет - в этот момент надо было сливаться с местностью и играть роль небольшого сугроба. Хорошая штука маскхалат! Но Осокин решил поиграть с судьбой. Между вспышками световых ракет он встал и побежал. Немцы, обнаружив оживший сугроб, открыли в потемках стрельбу... Когда Василий Павлович прибыл на место расположения роты, его маскхалат напоминал лохмотья - он в буквальном смысле был измохрачен пулями. А у Василия Павловича - ни царапинки.
Вот его фронтовой путь (пешком!): Донской фронт, Сталинградская битва, Курская Дуга, освобождение Украины и Молдавии и победный марш по Европе - Румыния, Венгрия, Чехословакия. До Берлина не дошел: в 45-м его демобилизовали по ранению. Всего у Василия Павловича за всю войну было четыре ранения. 
Награды Василия Павловича: два ордена Отечественной войны, орден Красной Звезды и две медали «За храбрость»... Сегодня Василию Павловичу Осокину девяносто четыре года.

Источник: 

Калугин, И. Пехотинец [Текст] : [ветеран ВОВ, участник Сталинградской битвы В. П. Осокин] / И. Калугин // Белорецкий рабочий. – 2015. – 21 февраля. – С. 4.

 

 

Андрей Данилович Талменев видел Жукова. Где это было и когда, он не помнит точно. Вроде бы в районе Брест-Литовска…

- Мы новобранцами были. Одеты - кто во что горазд. Нас где-то в лесу выстроили, - начинает рассказывать Андрей Данилович. - Маршал приехал, посмотрел на нас, оборванцев, и как гаркнет: «Здравствуете, чудо-богатыри!»
Андрей Данилович делает паузу, чтобы побороть судорогу плача…
- Он нам форму велел тут же выдать... А сам такой приземистый, крепкий. Мужик!

На фронте танк называли гроб без музыки ? – говорит Андрей Данилович.
И поясняет почему: сила-то, мол, силой, но бывали такие переделки (например, люк заклинит, а в нижний выскочить не успеешь), что любая «зажигалка» запросто превращала танк в гроб весом в тридцать тонн.

- Когда мы в Берлин вошли, там ни души не было, – рассказывает Андрей Данилович. - Все улицы пустые! У них пропаганда была, что русские, дескать, рогатые, и всех насилуют. И детей едят… А потом потихоньку люди выползать стали из подвалов – женщины, ребятишки. Голодно! А у нас паёк был заправский, мы и давай их кормить. Жалко ведь…
Андрей Данилович вздыхает.
- Зато когда с другой стороны американцы вошли – немцы их с хлебом-солью встречали!

У Андрея Даниловича две самых дорогих для него награды – орден Красного Знамени и медаль «За взятие Берлина».
Орден он получил за взятие высоты в пригороде Берлина. Это уже после форсирования реки Одер. Кстати, это форсирование в его фронтовой биографии – самый страшный эпизод.
- Такое месиво было - вода красная была, - говорит он. И опять начинает глотать слезы.

- А я и не думал, что доживу до семидесятилетия Победы. - говорит Андрей Данилович.
В начале января ему исполнилось восемьдесят девять лет.

Источники:

Калугин, И. Танкист Талменев [Текст] : [ветеран ВОВ Андрей Данилович Талменев] / И. Калугин // Белорецкий рабочий. – 2015. – 28 января. – С. 3.

Поколение победителей сделало всё, чтобы разгромить фашистских захватчиков, развенчать их идеологию, разбить замысел о порабощении народов, населяющих СССР. Победа досталась нам ценой страшных, огромных потерь. А после победы нужно было восстановить разрушенное хозяйство страны. И победители, и их дети вновь совершили невероятное, не только восстановив прежнее, но и создав новую экономическую мощь.

Я один из тех, кто помнит то время, когда наша семья переживала голод и холод, болезни и потери. Но мы верили, что скоро жизнь станет лучше, с высокой трибуны Никита Хрущев объявил, что коммунизм будет построен уже в 80-е годы 20 века. Многие члены тогдашнего ЦК партии возражали против такого заявления и оказались правы: уже в 70-е годы политика и экономика СССР пошла по тупиковому пути развития.
И все же мы после Великой Победы были полны веры и энтузиазма, верили в безграничные возможности нашей страны и были готовы отдать все свои силы, как наши отцы отдавали свои жизни на фронте. Дети военного поколения продолжали учиться, чтобы стать специалистами, в которых остро нуждалось возрождающееся хозяйство. Я учился в школе № 11, которая находилась тогда около городского рынка, сейчас от нее на память остались только ели. Военный комиссариат помогал чем мог вдовам солдат, погибших на фронте. Так, моей маме выдали шинель, простреленную пулями, которую она перешила на нас с братом. Труженица-казачка, она вынесла на своих хрупких плечах все тяготы военного лихолетья, потеряв мужа, растила в одиночку двоих сыновей, но всегда шла по жизни с гордо поднятой головой. Когда отец уходил на фронт, то оставил заготовленные на постройку дома бревна. Мама Агафья Михайловна в зимнюю стужу сама грузила и перевозила их к дому, тому самому, что и теперь стоит на улице, названной именем моего отца, Александра Серебренникова. От непосильной работы она надорвалась, простудила почки, так что в 1945 году одну ей удалили, вторую чудом удалось спасти. И моя мама была не одна такая. Упорство и особая сила, которые заставляют делать невозможное ради своих детей и семьи, присущи многим российским женщинам. И нас, своих детей, они вырастили физически крепкими. Между нами тогдашними и нынешними молодыми людьми лежит огромная пропасть, особенно в плане воспитания. Мы росли на героических примерах своих отцов, а сегодня многие школьники историю Великой Отечественной войны изучают только по учебникам, книгам и фильмам. Редкий отец рассказывает своему сыну про дедушек и прадедушек, не вернувшихся с той войны.
Сегодня приходит понимание того, что во многом виноваты мы сами. Не всё было сделано, чтобы сохранить память о тех, кто вынес тяготы войны. А очень важно было беречь каждую вещь, письмо, весточку с фронта. Сегодня мы спохватились и по крупицам собираем память о тех годах. И это важно, так как позволит направить в нужное русло воспитание тех, кто сейчас еще учится в школе. А педагогам, родителям надо приложить все усилия, чтобы не упустить еще одно поколение наших наследников, передать им все самое лучшее, что было в их прадедах, дедах: любовь к Родине, смелость, отвагу, умение дружить и верить в свои силы.

Геннадий Серебренников, сын Героя Советского Союза.

Источники:

Серебренников, Г. Возрождение начинается с памяти [Текст] : [дети военного поколения] / Г. Серебренников // Белорецкий рабочий. – 2015. – 7 февраля. – С. 2.

 

Борис Иванович Васильев много лет назад стал икать своего отца – Ивана Архиповича. Вернее, его могилу. В письме, написанном командиром роты, говорилось: «Уважаемая Вера Родионовна! Ваш муж Васильев Иван Архипович погиб смертью храбрых в боях за Родину с немецкими оккупантами 4.II.1942 г. за деревню Крюково. Как командир роты, я могу сказать Вам, что муж Ваш был примерным бойцом, мужественным, дисциплинированным и преданным до конца делу Ленина-Сталина. Не отчаивайтесь и не падайте духом, дорогая Вера Родионовна. Желаю Вам всего хорошего. Былинкин».

Итак, была единственная зацепка – деревня Крюково. Но где эта деревня? В какой области? Борис Васильевич писал в какие-то инстанции и получал казенные ответы: «не значится», «документы не обнаружены», «сведений нет». Тогда за дело взялся Александр Васильевич Васильев… Конечно, ему проще: он в Москве живет, ближе ко всем архивам и высоким инстанциям.
Александр Васильевич и Борис Иванович Васильевы – двоюродные братья. Оба родом из Верхнего Авзяна.
Александр Васильевич по профессии художник. Человек интеллигентнейший. И очень настойчивый. Поначалу он получал такие же стандартные ответы на свои запросы об Иване Архиповиче (он ему приходится дядей): «В какой воинской части проходил службу, где, при каких обстоятельствах пропал без вести, сведений и донесений нет» - это ответ из Центрального архива Министерства обороны.

«В картотеке погибших, умерших от ран и пропавших без вести в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. на территории Московской области ВАСИЛЬЕВ И.А. не значится. Населенных пунктов Крюково Московской области насчитывается двенадцать» - это ответ из книжной редакции «Книга Памяти».
Итак, деревень Крюково в Московской области - двенадцать. Дотошный Александр Васильевич написал письма во все эти деревни, во все сельсоветы, но все безрезультатно. Следы Ивана Архиповича нигде не обнаруживались…
А в Тверской области (туда Александр Васильевич тоже писал) было 20 деревень Крюково — об этом грустно сообщил военный комиссар области в своем ответе и порекомендовал обратиться в Центральный архив Министерства обороны.
Круг замкнулся.
Александр Васильевич своими запросами добрался до Смоленщины…
И где только нет деревень с названием Крюково! В Сычёвском районе Смоленской области их во время войны было две… Александр Васильевич уже как за соломинку ухватился за этот факт. И не прогадал! Неожиданно он получает ответ из Сычёвского района, от председателя районного совета ветеранов Н.Г. Манько, которому написал письмо с просьбой помочь найти могилу своего дяди Ивана Архиповича.
Александр Васильевич и его брат Борис Иванович читали эти строки со слезами на глазах: «На территории обеих деревень в 1941-1943 годах шли жестокие бои. Я внимательно прочитал письмо командира полка Вере Родионовне, датированное 7 апреля 1942 года. Дело в том, что мне приходят сотни подобных писем, так что выяснить все подробности для меня не составило большого труда. Если бы оно попало ко мне раньше, то уже тридцать лет вы могли бы приезжать на могилу своего дяди. Теперь о том, что удалось установить по поводу вашей просьбы: Васильев Иван Архипович 1914 года рождения, уроженец с. В.-Авзян Белорецкого района БАССР, погиб 4 февраля 1942 года в районе д. Крюково Сычёвского района Смоленской области. По номеру полевой почты мне удалось установить, что он воевал в 262-й стрелковой дивизии. В 1954-1956 годах производилось перенесение останков из одиночных могил на братское воинское кладбище (расположено в Сычёвке). Фамилия вашего дяди внесена в Памятный альбом этого кладбища под № 4677».
Все!
Александр Васильевич Васильев после этого письма взял карандаш и нарисовал портрет Ивана Архиповича, а также сделал эскиз памятной плиты, чтобы установить ее на братской могиле.

Источники:

Калугин, И. У деревни Крюково [Текст] : [Васильев И. А. , уроженец с. В.-Авзян, погиб 4 февраля 1942 г. в районе д. Крюково Сычёвского района Смоленской области] / И. Калугин // Белорецкий рабочий. – 2015. – 7 февраля. – С. 2.

 

В середине декабря 90 лет исполнилось ветерану Великой Отечественной войны, участнику битвы за Кёнигсберг белоречанину Александру Ивановичу Семавину.

 

С августа 1942 года до февраля 1947 года Александр Иванович служил в рядах Советской Армии. Восемнадцатилетним парнем, окончив шестимесячные курсы по подготовке молодых бойцов в учебно-минометном батальоне Белорусского фронта, он вступил в действующую армию – в 854 стрелковый полк связистом. На передовой, выполняя каждый день свои боевые задачи в должностях связиста, минометчика и автоматчика, он в последние дни войны участвовал в освобождении Восточной Пруссии. Весной 45-го участвовал в сражениях за город Кёнигсберг, ныне Калининград. В этот период воины Семавин служил в отряде охраны штаба полка, наряду с разведчиками, оперативными работниками, в роте автоматчиков. Полк под командованием полковника Маренкова освобождал от фашистов восточные границы СССР и территории соседних государств. С боями полк вышел на берега Балтийского моря.
– После освобождения Прусской земли полк получил команду «В поход!», – рассказывает Александр Иванович. – Нас погрузили в вагоны и отправили на Дальний Восток. До места ехали почти месяц. По прибытии в местечко Градеково в звании старшины Семавин готовил минометчиков. В августе 1945 года полк пошел в бой против японских интервентов. 9 августа советские войска перешли границу Китая, с боями дошли до Японии. 3 сентября была объявлена полная капитуляция Японии.
В сентябре 1945 года полк был расформирован, и вчерашний фронтовик старшина Семавин продолжил службу в воздушно-десантном полку в должности командира отделения, обучал вновь призванных молодых воинов. 2 февраля 1947 года он демобилизовался из армии.
Всю войну прошёл без единой царапины, правда, однажды под городом Оршей переболел малярией, пролежал две недели в полковом лазарете.
Вернувшись в родной Белорецк, начал трудиться ремонтником в весовой мастерской. В 1964 году вновь продолжил служить Родине в качестве контролера в следственном изоляторе № 2, который возглавлял тогда Фарит Ханович Ахмадиев, тоже участник Великой Отечественной войны.
Прослужив 20 календарных лет в уголовно-исполнительной системе в 1984 году Александр Иванович ушел на заслуженный отдых. Его боевые и трудовые заслуги перед Отечеством достойно оценены советским и российским правительством, его грудь украшают ордена и медали.
Старшина внутренней службы в отставке Александр Иванович Семавин, преданный служебному долгу, честный, порядочный, отзывчивый и просто замечательный человек, сегодня единственный участник войны в ветеранской организации следственного изолятора № 2. Пройдя тяжелый боевой путь ради Великой Победы, он служил Отечеству и в уголовно-исполнительной системе.

Источники: Щербаков, Н. Долгая и достойная служба Родине [Текст] : [90 лет исполнилось ветерану ВОВ, участнику битвы за Кёнигсберг Александру Ивановичу Семавину] / Н. Щербаков // Белорецкий рабочий. – 2014. – 31 декабря. – С. 8.

 



 

«Нет в России семьи такой, где б не памятен был свой герой...». Такие герои есть в каждой семье. Это наши деды и прадеды. Их уж нет среди нас: многие погибли на войне или пропали без вести, оставшиеся в живых уже в мирное время умерли от ранений и контузий. Но мы, внуки и правнуки, должны помнить о них.

Новый рисунок (23)

Собарёв Григорий Петрович (1898-1972). После двух раскулачиваний его семья проживала в деревне Аталям. В 1941-м прадеда призвали в Красную Армию. Как он ни был в обиде на власть, но Родину пошёл защищать. Участвовал в жесточайших боях под Ржевом. «Это была настоящая мясорубка», - признавался он своим внукам. На фронте Григорий Петрович служил в артиллерии: ухаживал за лошадьми, которые «тягали» пушки. После ранения и контузии в 1943 году его демобилизовали. Он награждён был медалью «За отвагу» и другими наградами.
Наверное, было немного тех, кто вернулся с войны без единой царапины. Один из них  Гневнов Иван Павлович. Родился он в 1920 году в селе Зигаза в большой и дружной семье. В сороковом году его призвали в армию. Служил шофёром на Западной Украине, в городе Львов. Здесь и встретил войну. Это было страшное время.
Часто Иван Павлович вспоминал переправу через реку Днепр под Киевом при отступлении: «Солдаты наводят понтонные мосты, через каждые 45 минут вражеские «Мессершмиты» заходят на бомбёжку этих мостов. Отбомбят, улетают на дозаправку и за новыми снарядами, и за эти 45 минут нужно поправить мост и переправить технику и людей. Вот и я на своей машине подъехал к мосту, вижу: четвёрка самолётов заходит опять на бомбёжку, надо успеть, страшно, поджилки трясутся. Разогнался, всё выжал из машины, успел, проскочил, оглядываюсь назад - мост разрушен. На берегу полковник подходит, жмёт руку: «Молодец, надо уметь и от врага драпать!». Первую свою медаль он получил «За оборону Киева».
Враг был силён, хорошо обучен и вооружён, особенно фашистские десантники. Иван Павлович помнил случай, как двести немецких десантников загнали целую дивизию в болото, немногие остались в живых. Советским солдатам на ходу пришлось учиться воевать, перестраиваться, изучать врага, чтобы его победить.
Путеводителем фронтовой жизни Ивана Павловича для нас стала его Красноармейская книжка, которую ему выдали при призыве на службу. С нею он прошёл всю войну, а потом её бережно хранила его жена. В графе «Участие в походах, награждения и отличия»: «Юго-Западный фронт - 1941, Воронежский фронт - 1943, Западный фронт - 1943, Белорусский фронт - 1944». Фронты, дивизии, полки, бригады, даты. Казалось бы, записей немного, но за ними целая военная эпопея одного солдата и страны в целом.
Иван Павлович отступал со своей дивизией до Волги. Был награждён медалью «За оборону Сталинграда». Хотя об этом городе говорил мало. Может, не хотел вспоминать тот период, когда многие его фронтовые товарищи остались там? Считал, что врага остановил приказ Сталина, данный советским войскам: «Ни шагу назад!».
Судьба ли берегла его или просто везение, но до конца своих дней он вспоминал случай: «К моей машине была прицеплена походная кухня. Привал, шесть поваров накормили солдат обедом, сами сели покушать. Соль кончилась, просит старший повар: «Сходи, Иван, за солью». Пошёл я к машине, отошёл несколько метров, слышу свист снаряда, оглянулся - прямое попадание в походную кухню, возле которой расположились повара: летят в разные стороны руки, ноги, головы. Все шесть солдат-поваров враз...».
После переломных сражений под Сталинградом и Курском Красная Армия начала наступление. Отступать было тяжело, наступать ещё тяжелее: враг был силён, защищался как мог, очень хорошо укреплял свои позиции. Но к этому времени наши войска научились воевать, да и тыл перестроился.
Победу Иван Павлович встретил в Кёнигсберге, за взятие которого ему вручили медаль. Ещё, уже после войны, почти год службы в городе Тарту в Эстонии. В Красноармейской книжке записано: «Демобилизован на основании Указа Президиума Совета СССР от 20 марта 1946 года». Шесть с лишним лет службы, которые пришлись в основном на войну.

Источники:
Аверьянова, А. От Волги до Балтики [Текст] : ветераны Великой Отечественной войны Собарёв Григорий Петрович и Гневнов Иван Павлович / А. Аверьянова // Белорецкий рабочий. – 2010. – 11 мая.