×

Предупреждение

JUser: :_load: Не удалось загрузить пользователя с ID: 137
Великая Отечественная война. г. Белорецк

Великая Отечественная война. г. Белорецк (207)

Из 11 тысяч крупных промышленных предприятий, имевшихся в стране к началу Великой Отечественной войны, в числе эвакуированных оказались более полутора тысяч. Клинский станкостроительный завод, из четырех попавших в Белорецк, разместился в здании Дворца культуры металлургов.

К сожалению, о работе этого завода белоречанам известно мало, в музее удалось разыскать только воспоминания бывшего начальника проектно-конструкторского отдела комбината, который в войну работал слесарем-сборщиком на заводе, числившимся под номером 236. «В суровом 1941 году полчища немецких фашистов рвались к Москве. Враг был уже в Калининской области, в этот период было дано указание эвакуировать Клинский станкостроительный завод в Белорецк. Первые эшелоны с людьми и оборудованием прибыли в ноябре. Под завод было отдано здание Дворца культуры. Несколько месяцев устанавливалось оборудование, а в марте 1942 он начал выпускать продукцию.

Сборочный цех размещался в вестибюле, механический цех – в большом зале. Сцена была убрана. Инструментальный цех занимал помещение буфета, в спортивном зале располагались ремонтные службы главного механика и главного энергетика. Для термического цеха был сооружен пристрой между спортзалом и фойе большого зала. Для «литейки» построили отдельное помещение, где сейчас расположен гараж. 

Первыми станками, которые выпустил завод, были фасонно-токарные, предназначенные для обработки снарядных головок. Станок был несовершенным, и вскоре отдел главного конструктора выдал техническую документацию на более совершенные станки. В дальнейшем и эта модель была модернизирована. В месяц сборочный цех собирал и сдавал на склад в готовом виде до 35 таких станков. В 1943 году завод получил заказ на выпуск еще двух видов станков. Один из них был универсальным, на нем можно было соединять снаряды с гильзами для пушек калибром от 37 до 45 мм. Одновременно был налажен выпуск станков для запрессовки пыжей в снарядные гильзы. Станок тоже был универсальным и предназначался для широкого диапазона гильз. 
Официально на заводе был установлен одиннадцатичасовой рабочий день, но работать приходилось больше: из-за недостатка людей и большого плана выпуска станков он обычно продолжался по 16 часов. В конце месяца, бывало, и не выходили из цеха до тех пор, пока не справлялись с поставленной задачей. 
В конце 1944 года пришел приказ завод демонтировать и вывезти его в Витебск, где на его базе был создан завод по производству шлифовальных станков. Сборочный цех продолжал работать до января 1945 года, а затем и его оборудование было отправлено. Таким образом, всю войну наш Дворец металлургов работал на победу.

 

Первая школа - самая старая, первая десятилетка в городе. Недавно она получила в прямом смысле вторую жизнь, в ней прошел капитальный ремонт. Но ее старые стены помнят и военные годы, когда здесь располагался госпиталь. Выпускники 1941 года мечтали о мирной и счастливой жизни, но их ждала трудная военная судьба, многие из них ушли на фронт.

 

Выпускники 1941 года мечтали о мирной и счастливой жизни, но их ждала трудная военная судьба, многие из них ушли на фронт. 
С первых же дней учителя и ученики собирали посылки с теплыми вещами, отправляли на фронт вышитые кисеты с махоркой, заготавливали дрова для отопления школы, собирали средства на производство боевой техники. В 1944 году от имени главнокомандующего Иосифа Сталина пришло письмо-благодарность учителям и ученикам школы, собравшим деньги и облигации на строительство боевых самолетов. 
В 1943 году в городе ожидалось большое поступление раненых, и лучшего здания, чем большая светлая школа, не нашлось. Все школьное имущество вывезли в помещение бывшего общежития металлургического техникума, а учащихся распределили по другим школам. 
«Оборудование для госпиталя привезли из Белебея. Первый этаж школы занимала хозяйственная часть, на втором и четвертом располагались палаты с ранеными, а лечебные кабинеты и хирургия – на третьем», – вспоминает одна из медицинских сестер.
- В апреле стали поступать первые больные. В основном это были солдаты, раненные в руку или ногу, тяжелораненые не выживали - слишком трудной была дальняя дорога. Сначала страшно было смотреть на мучения и смерть, но потом привыкли, в день умирало по 3-4 человека. 
Многие ребята, узнав, что в школе будет госпиталь, надеялись: а вдруг туда попадут их отцы? Потому с тревогой и интересом смотрели потом в сад, где гуляли больные. 
Когда под Сталинградом развернулось генеральное наступление, госпиталь отправился ближе к военным действиям. Причем в состав госпиталя демобилизовали и работавших там белоречан. 
В школьном музее хранятся фотографии медсестер Анны Авдеевой, Серафимы Сориной, хирурга Зои Козловой и уникальный групповой снимок, на котором неизвестный фотограф запечатлел солдат, что лечились в Белорецком госпитале.
Спустя 50-лет усилиями совета ветеранов города, общества охраны памятников в торжественной обстановке на здании школы была установлена мемориальная доска.
И новое оформление школы не позволит забыть службу школы в качестве госпиталя. Память об этом бережно хранится в школьном музее.

 

 

Источник:

Николаева, Т. Стал Дворец заводом… а школа – госпиталем [Текст] : [в годы ВОВ в здании Дворца культуры металлургов разместился Клинский станкостроительный завод; а в первой школе - госпиталь] / Т. Николаева // Белорецкий рабочий. – 2015. – 6 мая. – С. 6.

Среди наших земляков, участников Великой Отечественной войны, особое место занимают те, кому повезло в июне 1945 года стать участником Парады Победы на Красной площади. Сейчас, в канун 70-летия вновь вспоминают имена этих счастливчиков. В частности, поисковую работу в этом направлении ведут сотрудники городского краеведческого музея. Думаю, что своеобразным вкладом может оказаться и ниже публикуемый материал. Мне удалось обнаружить его в изданной в 1989 году республиканским издательством книге Иосифа Дизенко «Спортсмены Башкирии в боях за Родину». Её автор в годы войны был начальником республиканского отдела физподготовки фронтовых лыжных батальонов. Несколько страниц в написанной им книге посвящено одному из наших земляков, участнику парада Победы. К сожалению, никаких сведений о нём в изданных книгах «Они вернулись с Победой» мне обнаружить не удалось. Возможно, сейчас откликнутся те, кто знал этого фронтовика. 

Солдатами особого батальона называли тех, кто удостоился высокой чести пройти по Красной площади в колоннах победителей, участников Парада Победы. Именно им была поручена кульминация парада: под дробь сотен барабанов бросить к подножию Мавзолея Ленина знамёна и штандарты разгромленных фашистских армий и подразделений. От других батальонов, вступивших на Красную площадь, этот отличался уже тем, что состоял из рядовых и сержантов не одного фронта и не одного рода войск. 
Кто же вошёл в состав особого батальона? Прежде всего, 40 участников героического штурма Берлина. Оттуда же, из Берлина, прибыли семь батальонов сводного полка Первого Белорусского фронта и с ними особый взвод «трофейных» знамён. Все его солдаты – кавалеры орденов Славы. Они доставили в Москву первые груды захваченных в боях вражеских знамён и личный штандарт Гитлера, с которым осенью 1941 года фюрер собирался принимать парад своих войск у стен Московского Кремля. 
Среди них был и Ринат Зиннатович Абдулов, наш земляк. Уроженец рабочего посёлка Тирлян Белорецкого района, он рос и воспитывался в семье потомственных металлургов-листопрокатчиков, с раннего детства приобщился к труду. До войны работал в цехе листового проката сначала учеником, затем помощником мастера. В армию ушёл в первые дни войны. Природа щедро одарила юношу физической силой, ростом и другими качествами, пригодившимися ему на войне. Ратные подвиги Р.З. Абдулова отмечены многими наградами Родины.
О своём участии в сводном батальоне трофейных знамён Ринат Зиннатович вспоминает с видимым удовольствием, не без чувства законной гордости.
- Что и говорить, велика была честь попасть в число будущих участников Парада Победы! Конечно, «середняки» и тяготевшие к левому флангу при построении заранее смирились с мыслью, что не видать им ни Москвы, ни парада. Ну а правофланговые не без основания рассчитывали на милостивую улыбку фортуны.
– Не скрою, мечтал и я, – вспоминает Ринат Зиннатович. – А когда запыхавшийся рассыльный прибежал в роту с известием о вызове в штаб при полном параде, ёкнуло сердце: «Неужели?..»
Улыбнулись члены комиссии, увидев растерявшегося гвардейца.
– На парад Победы в Москву желаете ехать?
– Служу Советскому Союзу! – ответил застывший по стойке «смирно» солдат.
Так правофланговый первой роты 271 стрелкового полка Ринат Абдулов с двумя однополчанами прошёл первую ступень отбора в состав батальона трофейных знамён.
– Помню первую станцию на советской земле, – вспоминает Ринат Зиннатович. – Родина! Даже воздух стал особенным. Трудно передать, как истосковались мы по родному краю, по своей природе. Стояло раннее утро, но из ближайшей деревни бежали к поезду люди, и все они казались нам близкими, родными. «Дайте нам на вас посмотреть, здоровых, красивых, а то мы всё видели эшелоны раненых и покалеченных», – говорили женщины. Обнимали, дарили цветы, поили молоком. Кормили домашним хлебом, фруктами. И так до самой Москвы. А там нас ждали будни нелёгкой подготовки к Параду Победы.
Со всех сторон мчались к столице литерные поезда с «парадниками». Летели мимо стёртых с лица земли деревень, о которых напоминали лишь печные трубы, горы битого кирпича да редкие костры у землянок. Мимо городов, лежавших в руинах, где ещё свежи были могилы расстрелянных гитлеровцами мирных жителей. На перронах днём и ночью дежурили солдатские жёны и матери, они бросались к каждому вагону, искали своих мужей, сыновей. В Москве не объявляли о прибытии спецпоездов, но на вокзалах их встречали толпы москвичей. Музыка, цветы! В атмосфере всеобщего ликования началась подготовка к Параду.
Воинов, прошагавших пол-Европы, кавалеров боевых орденов муштровали, как новобранцев. И неудивительно: давно не приходилось им маршировать парадным шагом – тысячи километров проползли под огнём по-пластунски через степи, болота, минные поля. Маршировали день и ночь, до седьмого пота. Уставали, но радость победы брала верх над всем. 
Всем солдатам особого батальона выдали чёрные кожаные перчатки, чтобы не прикасаться руками к гитлеровским знамёнам. В десяти пунктах Москвы и Подмосковья обосновались сводные полки фронтов. Ринат Зиннатович с однополчанами узбеком Юсуфом Абдурахмановым и татарином Загитом Мустафиным попали в Лефортово. Сюда же в середине июня прибыла комиссия, чтобы из массы захваченных у врага знамён отобрать двести.
– В день Парада, 24 июня 1945 года, – вспоминает Ринат Зиннатович, – нас подняли в шесть утра. Моросил дождь. На Красную площадь мы шли колонной по четыре человека. Улицы были переполнены, тысячи горожан забрались на крыши домов. Люди приветствовали нас, как умели.
За два часа до начала парада сводный батальон построился у собора Василия Блаженного. На крытых грузовиках привезли трофейные знамёна. Мне досталось атласное, с орденскими лентами и табличками. На них – шесть названий городов: Вена, Прага, Белград, Бухарест, Киев, Львов… Моё место было на правом фланге второй шеренги.
Принимавший Парад Победы Маршал Советского Союза Г.К. Жуков в своих воспоминаниях написал: «Ни с чем не сравнимым был момент, когда 200 бойцов-ветеранов войны под барабанный бой бросили к подножью Мавзолея Ленина 200 знамён немецко-фашистской армии. Пусть помнят этот исторический акт реваншисты, любители военных авантюр».
Сейчас (1989 год – прим.) Ринат Зиннатович Абдулов живёт в Анапе, куда он приехал после демобилизации с уроженкой этих мест медсестрой Анной Мещеряковой. Они счастливы, вырастили трёх сыновей и двух дочерей. 
Листопрокатчик из Тирляна Ринат Абдулов стал знатным виноградарем – он выращивает отменные сорта.
Я был в гостях у своего земляка. Ринат Зиннатович встретил меня с большим радушием, а узнав о цели моего посещения, был рад вдвойне.
Возраст не согнул правофлангового второй шеренги особого батальона. Он и теперь завидно бодр, шагает твёрдо, сохранил былую осанку и строевую выправку.
Старший сын Зуфар, механизатор широкого профиля, явно старался дополнить воспоминания сдержанного и немногословного отца:
– Отец мой человек не замкнутый, но вот о войне всегда говорит скромно, будто вполголоса: считает, что просто выполнял свой долг и хвалиться, дескать, нечем. В совхозе, где он проработал более тридцати пяти лет, мало кто знал о подробностях его нелёгкой военной судьбы, о ранениях и осколках в его теле, что по сей день напоминают временами о себе нестерпимой болью…

Источник:
Урцев, А. Солдат особого батальона [Текст] : [уроженец п. Тирлян Р. З. Абдулов удостоился высокой чести пройти по Красной площади в колоннах победителей, участников Парада Победы] / А. Урцев // Белорецкий рабочий. – 2015. – 6 мая. – С. 5.

Мой прадед Михаил Ионович Дятлов родился в Верхнем Авзяне в 1923 году. В ноябре 1942 года Белорецким райвоенкоматом был призван в Красную Армию. Участвовал в боевых действиях Воронежского фронта с 22 августа 1943 года в звании гвардии сержанта. Зимой того же года был отправлен в тыл – потерял на войне ногу. Но за несколько месяцев прадед снискал славу смелого бронебойщика, о героизме и мужестве которого рассказывали политработники перед боем.

О том, каким мой прадед был на фронте, в 1981 году написал в газете «Советская Башкирия» заместитель председателя совета ветеранов 68-й гвардейской Проскуровской Краснознаменной стрелковой дивизии Иван Илларионович Смагин. В очерке «Бесстрашный и стойкий» он писал: «Подвиг М.И. Дятлова у села Михайловка Первая на Полтавщине вошёл в историю нашей дивизии яркой страницей. Там мы вели бои в августе-сентябре 1943 года против отборных частей фашистских танковых соединений «Великая Германия» и «Мёртвая голова».
Тридцать четыре танковые атаки предпринял враг в течение двух недель, и каждая велась под прикрытием сильного артиллерийского и минометного огня, массированных ударов авиации.
Воины дивизии отразили все атаки противника, выбили его из Михайловки Первой и с окружающих село высот. Артиллеристы и бронебойщики уничтожили 89 немецких танков. Самый большой боевой счёт оказался у истребителя «тигров» – бронебойщика Михаила Дятлова.
Высокий, подтянутый, быстрый в движениях, Михаил был красив на отдыхе и в бою. «Орёл! – говорили о нём товарищи. – Ему на роду быть героем». И слава о его храбрости, отваге, мужестве разлетелась по дивизии. В свои двадцать лет он был нашей гордостью, имя его стало символом храбрости и отваги.
202-й стрелковый полк наступал на высоту 130,6. Немцы яростно сопротивлялись, но мужественные гвардейцы продолжали натиск. Враг бросил в бой тяжелые танки. Зловеще урча и лязгая, они ползли на наши позиции. Бронебойщики, выдвинувшись с противотанковыми ружьями вперед, хладнокровно ждали момента, удобного для поражения приближающихся целей. Дятлов знал свою любимую бронебойку, верил в её силу, был убеждён, что она не подведёт. Когда бронированные машины подошли совсем близко, Дятлов крикнул товарищам: «Беру на себя крайнюю!» И почти в эту же секунду раздался выстрел. Было видно, как пуля продырявила боковую броню, но танк продолжал движение. Ещё выстрел – и танк запылал.
«Есть почин!» – радовался Дятлов. На следующее утро гитлеровцы повторили атаку, и опять гвардейцы отбросили врага. Дятлов подбил ещё один танк. «Два есть, будет третий!» – сказал себе бронебойщик. В тот же день Михаил Дятлов был представлен командованием к ордену Красного Знамени.
29 августа наши подразделения вели бои на высоте 144,2. Немцы снова понадеялись на танки и пытались взять высоту семью машинами. Впереди шли «тигры». Артиллеристы 7-й батареи 136-го гвардейского полка вступили с ними в единоборство. Орудийный расчет старшего сержанта Картылева сумел упредить экипаж одного «тигра» и победил машину, но от огня второго танка погибли Картылев и весь орудийный расчет, а следом вышло из строя второе наше орудие. Дятлов обратился к командиру роты: «Разрешите пойти на танк с гранатами?»
Разрешение он получил и бросился навстречу «тигру», который в это время вёл огонь и на максимальной скорости приближался к нашим боевым порядкам. Фашисты не заметили притаившегося Дятлова, а он бросил гранату удачно – повредил гусеницу вражеской машины. «Тигр» закрутился на месте, а ствол его орудия стал быстро разворачиваться в сторону нашего героя. Броском Дятлов приблизился к танку и швырнул в него связку гранат. Сам же целым и невредимым вернулся в подразделение и доложил командиру о выполнении боевого задания.
Так родилась ратная слава героя, бесстрашного укротителя хваленых немецких «тигров» Михаила Дятлова. Как бывший бронебойщик, скажу: мы восхищались находчивостью, мужеством и героизмом Михаила Дятлова и по-хорошему завидовали его успеху. Необычно сложная и трудная задача выйти победителем из единоборства с танком, этой бронированной подвижной крепостью, страшной не только своим огнём, но и гусеницами. Отличные воинские качества Михаил проявлял и в следующих боях дивизии – при форсировании Днепра, на Букринском плацдарме. Теперь уже перед каждой встречей с врагом политработники и командиры в своих беседах с бойцами рассказывали о боевом опыте бронебойщика Михаила Дятлова.
Он был не только бесстрашный и стойкий боец, но и скромнейший человек. Вернувшись с фронта зимой 1943 года без ноги с незажившей раной, он первое время жил трудно, на маленькую пенсию, но ни к кому за помощью не обращался. И ничего не знали односельчане о замечательном боевом пути земляка. В 1944 году Дятлов женился, вырастил двоих сыновей и четырёх дочерей. Более четверти века работал Михаил Ионович, чтобы поднять детей, а когда они повзрослели, переехал к ним в Белорецк. Но высидеть без работы не мог – пошёл дворником в детский сад. Целый час тратил на дорогу инвалид войны, затем, бывало, как завидит ребятишек, так забывает о боли и трудностях дороги. Очень любил он детей. Уже тяжелобольным часто навещал сад, помогал сотрудникам во многих делах и мечтал вернуться к своей работе. В июле 1979 года Михаила Ионовича не стало».
О том, как потерял ногу, он рассказывал своему сыну Анатолию. Тот помнит, что осенью 1943-го прадеда послали в тыл за новым обмундированием для группы разведчиков. Он уже возвращался в дивизию, когда немцы открыли минометный огонь. Перебежками прадед пытался добраться до места дислокации своей дивизии. Вдруг – удар по ногам. Он упал. Показалось, что немец без оружия бьёт его по ногам. Очнувшись, увидел в 8-10 метрах свой сапог. Посмотрел на ноги, правую оторвало. Боец начал рвать обмундирование, которое нёс разведчикам, перевязывать рану. От потери крови потерял сознание. Пришёл в себя уже в госпитале освобождённого Киева.
Когда добирался до дома, на одном из вокзалов попросил такого же инвалида присмотреть за своей котомкой. Вернулся – ни инвалида, ни котомки. А в ней были его награды и документы… 
Наша семья хранит память о героическом прадеде. Мы хотим, чтобы земляки знали о его подвигах, помнили бесстрашного и стойкого Михаила Ионовича Дятлова.

Источник:
Аблеев, А. О подвигах моего прадеда [Текст] : [участник Великой Отечественной войны Дятлов М. И.] / А. Аблеев // Белорецкий рабочий. – 2015. – 6 мая. – С. 3.

1941 год. Туймазы. Молодая красивая учительница наблюдает, как старательно её ученики выводят буквы. Чернила, как нарочно, капают с пера, оставляя кляксы. «Не расстраивайся, всё у тебя получится, возьми промокашку», – успокаивает ученика Зинаида Тимофеевна. Ей 21 год. Летом она собирается с подругами на море, давно мечтала. Но ВОЙНА в один миг разрушила настоящее и будущее девушки…

6 мая 1942 года Зинаиду Леонтьеву призвали на фронт, как и многих других девушек-комсомолок. Отправили в Уфу, после – в самое пекло войны. В Сталинградской области девушек распределили по частям: кого в зенитную, кого в прожекторную. Зинаиду с девчатами, с которыми она успела подружиться в пути, отправили в часть воздушного наблюдения и оповещения связи.
Суть службы заключалась в том, чтобы своевременно обнаружить и определить марку и скорость движения немецких самолётов и оповестить зенитные части. 
Первый пункт назначения группы из четырёх девчат, в которую вошла Зинаида, расположился у деревни Крюково Ростовской области. Подошла очередь Зинаиды готовить обед. Меню скромное – солдатская гречневая каша. Варится каша в котелке, дежурная неустанно её помешивает. Самолёты загудели, а она помешивает. Грохот, крики «В окопы! Бросай котелок!», а она мешает. Растерялась: то ли бежать в укрытие, то ли спасать кашу. Опомнилась – аккуратно сняла котелок и бросилась в окоп. А «Мессершмитты-109», словно железные птицы, покружили, сбросили несколько бомб на вышку и деревню и улетели. Ох, и смеялись потом девчата над Зинаидой, уплетая спасённую ею кашу! Это была первая в её жизни бомбёжка. 
Врежется в память и форсирование Дона 3-м Украинским фронтом. Много лет спустя она будет рассказывать: «Шли мы к месту переправы довольно долго. Приходилось останавливаться в населенных пунктах на ночлег. Однажды наша группа заблудилась в темноте, и мы заночевали прямо в степи. Наутро, когда рассвело, мы ужаснулись: в поле, на обочине дороги, лежали трупы немецких солдат. Здесь прошли ожесточенные бои с потерями, как с немецкой, так и с нашей стороны. Местные жители успели захоронить в братской могиле убитых советских солдат. До Дона мы добрались к ночи третьего дня. Здесь уже собрались и другие военные части. Необходимо было перебраться на другой берег. Но сделать это было непросто – мост был разрушен немцами при отступлении. Да и Дон – широкая глубоководная река с быстрым течением. Только к рассвету удалось соорудить переправу – на деревянные лодки настелили доски. Так и перешли. Не все. Во время переправы налетели фашистские самолёты и начали беспощадно бомбить. Много тогда погибло людей… С этого времени началось наступление наших войск на всех фронтах. 
В Кривом Роге мою группу направили учиться на радисток, чтобы впоследствии отправить в тыл врага. Проучились мы три месяца и... закончилась война. Победа! Наконец-то враг разгромлен. Но война оставила свой жестокий и беспощадный след. Словно зияющая рана, навсегда останется боль от человеческих потерь, искалеченных судеб».

* * *
Зинаида Тимофеевна вернулась домой в августе 1945 года. Получила награды, в том числе медаль «За оборону Кавказа». Но на войне она потеряла своих старших братьев: младшего лейтенанта, комсорга 220 стрелкового полка 4 стрелковой Бежацкой дивизии Даниила Леонтьева (он был убит 4 марта 1944 года и похоронен в д. Антоновка Гомельской области) и сержанта, командира отделения 31 гвардейского стрелкового полка Тихона Леонтьева (умер от ран 3 декабря 1942 года. Похоронен в братской могиле № 1 на Кувшиновском городском кладбище в Тверской области). Эти данные мы нашли на сайте Министерства обороны Российской Федерации.
После окончания войны бабушка вернулась в школу – продолжила работать учителем начальных классов. По распределению попала в Абзелиловский район – Бурангулово, Майгашты. Работала учителем русского языка и литературы в семилетней школе. Там встретила свою любовь Зинната Кафиевича Кутдусова. У них родились дочь и сын. 
Семья Кутдусовых в деревне считалась образцовой. Дочь Зугра, моя мама, вспоминает, что бабушка в школе была строгой. Не разрешала на работе называть её мамой: «Мама я вам дома, а в школе – Зинаида Тимофеевна». Сорок лет посвятила педагогической деятельности бабушка. Именно она научила меня и двух внуков читать и писать. Я пошла по бабушкиным стопам – стала учителем, преподаю русский язык и литературу в белорецкой школе № 21. Бабушка переехала в Белорецк в 1985 году и прожила здесь 20 лет. 
Ни одной встречи фронтовых друзей, ни одного Парада Победы не пропускала Зинаида Тимофеевна. Её приглашали в детские сады, школы на торжественные линейки, посвященные празднованию Победы. Она любила рассказывать детям о войне, так как это часть истории нашей страны, которую должны помнить потомки. 
Прожила бабушка Зина 85 лет. А ведь на её долю выпали голод, холод, война. Значит, жила достойно, по законам совести, чести, долга, и в награду получила долгую жизнь. 

Источник:

Хабирова, Г. Каша под бомбёжкой [Текст] : [Леонтьева З. Т.] / Г. Хабирова // Белорецкий рабочий. – 2015. – 6 мая. – С. 3.

Не всем посчастливилось иметь такого дедушку, как мой! Мой дедушка, генерал-майор советской армии, Валавин Анатолий Иванович. Родился 28 января 1921 года в семье рабочего в поселке Тирлян.

 

После школы поступил в Ульяновское танковое училище. В 1940 году в составе училища был отправлен на советско-финскую границу для ведения боевых действий. 7 ноября 1941 года участвовал в параде в Москве на Красной площади. В 1941 году проводил обучение экипажей и подготовку поступающих с заводов танков для отправки на фронт. Участвовал в боях по освобождению Латвии, Литвы, Пруссии, Польши, Германии в составе 2-го Прибалтийского фронта. По окончании войны проходил службу в составе ГСВГ в должности офицера связи штаба армии. Войну закончил в звании капитана. 
В мирное время получил звания майора, подполковника, полковника, генерал-майора. Награжден тремя орденами Красной Звезды, орденом Красного Знамени, медалями. 

 

Источник:
Творогова, Е. Горжусь своим дедом! [Текст] : [участник Великой Отечественной войны Валавин А. И.] / Е. Творогова // Белорецкий рабочий. – 2015. – 6 мая. – С. 3.

 

На этой фотографии бравые белоречане, которым вскоре предстояло уйти на фронт. Среди них мой дядя Василий Александрович Степанов, внизу слева. Он родился в 1921 году в Стерлитамакском районе, мальчишкой уехал в Белорецк к родной сестре и до призыва в действующую армию жил у неё. Глядя на эту фотографию, я написал несколько строк:


Я вырос в Белорецке среди простых людей.
Вглядитесь в эти лица, в глаза моих друзей!
Осенью сорокового в армию пойдём,
Но будем всегда помнить о доме дорогом.

Василий Александрович на фронте был шофёром бронемашины. Погиб 24 июня 1941 года, похоронен в Волынской области. Смерть моего дяди видел его земляк Павел Мостименко, он на фотографии внизу справа. По его рассказу о последних минутах жизни дяди я тоже сложил стихи:

Колонну нашу он заметил сразу – 
Стоял на Украине ясный день.
И, может быть, подумал фриц-зараза:
«Какая неприкрытая мишень!»
Ещё раз осмотрелся для страховки
И методично бомбы стал метать.
Уверен был, что только из винтовки
Его навряд ли сможем мы достать.
Внизу бронемашину вёл ваш дядя,
Он о войне не ведал ничего.
Ложились бомбы спереди и сзади,
И всё же немец угодил в него.
Потом из пулемёта отстрелялся 
И улетел, не чувствуя вины.
А дядя ваш навеки там остался…
Шёл третий день трагической войны.

* * *

Но в памяти родных живёт Василий – 
Весёлый, ясноглазый, молодой,
Широкоплечий, умный и красивый,
Он в двадцать лет, конечно, был такой.

Источник:
Степанов, В. Шёл третий день войны… [Текст] : [участники Великой Отечественной войны В. А. Степанов и П. Мостименко] / В. Степанов // Белорецкий рабочий. – 2015. – 6 мая. – С. 2.

Мария Михайловна Громова, участница 3-го Украинского фронта 8-й гвардейской армии.

Она родилась в 1923 году. Жила с тётушкой в психиатрической больнице, работала санитаркой. 
«Когда узнала о наборе на курсы медсестёр для фронта, решила записаться. Думаю, пойду! Убьют – пусть убьют, плакать некому – родителей нет», – вспоминает Мария Михайловна. 
Так девушка попала на фронт в феврале 1943 года. По дороге их эшелон бомбили: «Мы выбегали из вагонов и прятались в кустах, было очень страшно».
Видеть раненых, смотреть на их мучения было еще страшнее. Однажды рядом с санитарной палаткой упал снаряд. Наверняка ужасный испуг испытали все, находящиеся там, но по счастливой случайности снаряд не разорвался. Как говорит сама Мария Михайловна, видимо, кто-то в рубашке родился…
Запомнился ей молодой офицер с ампутированной до плеча рукой. Рана гнила, видимо, начиналась гангрена. Он просил медсестру написать письмо своим родственникам. И она написала, и родственники ответили, но к тому времени офицер уже умер. Тяжело было всё это видеть и осознавать.
Помнит Мария Михайловна, как дошли они до Польши, а потом уже и до Берлина. Там было тише, не так сильно бомбили. Когда зашли в квартиру, где жили мирные жители, ужаснулись: за столом в обнимку сидели двое – видимо, жена и муж. Они были мертвы, но не убиты – отравились, потому что боялись русских, чувствовали, что война проиграна.
В апреле 1945 года Мария поехала домой, но не к себе, а к родителям своего милого. Будущего мужа звали Николаем. Домой девушка ехала уже беременной. Родители жениха приняли очень хорошо, а через пять месяцев приехал и сам Николай. 
Мария Михайловна со временем устроилась в белорецкий роддом и проработала там в детском отделении нянечкой 40 лет. 
Сейчас у счастливой бабушки и прабабушки две внучки, три внука, две правнучки и один правнук. Со здоровьем, конечно, не всё в порядке: болят ноги, из-за чего Мария Михайловна сама никуда не ходит, глаз один не видит, и слух тоже подводит. Но самое главное для неё, что рядом родные.

Источник:

Плетминцева, М. Из первых уст [Текст] : [Мария Михайловна Громова, участница 3-го Украинского фронта 8-й гвардейской армии] / М. Плетминцева // Белорецкий рабочий. – 2015. – 6 мая. – С. 2.

 

Наша семья хранит фронтовое письмо и фотографию моего старшего брата Василия Михайловича Резова. Ему было 18 лет, когда в 43-м он ушел на фронт.

 

Протёртое временем письмо до сих пор хранит его тепло: «Здравствуйте, дорогие родители, – писал брат. – Папаша и мамаша и братишки Петя, Коля, Валя, Женя и Ваня, посылаю я вам красногвардейский привет с фронтовой полосы. Дорогие папаня и мама, я вам сообщаю, что нахожусь на левой стороне Днепра, в деревне. Фронт от нас в 4 км, 8-10 и так далее. – Чуть ниже пишет: – Находимся недалеко от города Киева. Он на той стороне Днепра. Бои идут, всё слышно. – А заканчивает так: – Жив буду – приеду. Я тогда расцелую вас 1000 раз. Пока до свидания. Ваш сын». А потом маме пришло извещение: «Ваш сын гв. младший сержант Резов Василий Михайлович, уроженец Башкирской АССР, в бою за Социалистическую Родину, верный воинской присяге, проявив геройство и мужество, погиб 22 декабря 1943 года, похоронен на юго-западной окраине с. Дубиевка Киевской области Смелянского района». Вот такая короткая фронтовая история и долгая тоска по родному человеку. Письмо и фотографию Василия мама хранила до смерти у себя, потом её забрал старший из живых братьев Пётр (всего нас у родителей было семеро). Теперь уж реликвия дошла до меня, младшего. Жили мы на Буганаке, там, кстати, школьники хранят память о нашем брате. Теперь живём в Белорецке. Сколько таких фронтовых судеб? 18 лет – и нет. За нас умирали, чтобы войны больше никогда не было. 

 

Источник: 

 

Резов, Г. Было ему 18 лет… [Текст] : [участник Великой Отечественной войны В. М. Резов] / Г. Резов // Белорецкий рабочий. – 2015. – 29 апреля. – С. 5.

 

Сколько войн уже прошло в истории нашей страны. Как-то, собирая материалы для школьного музея, я разыскал свою родословную и узнал, что мой отец Гали Шакиров служил в Польше с 1895 по 1914 год. А мои братья погибли в Великую Отечественную войну.

 

 

Старший брат Зариф ещё до войны окончил Белорецкую заводскую школу, работал на стане-800 вальцовщиком. Он служил в Кенигсберге (ныне Калининград), и в начале войны пропал без вести. Другой брат, Фатих (на снимке), в 1942 году окончил Белорецкое педагогическое училище, а в августе 42-го ушёл в армию. В Уфе вместо положенных шести месяцев он учился на командира всего три и ушёл на фронт. Из его наградного листа я узнал, что «младший лейтенант Шакиров Фатих Галеевич – командир стрелкового взвода мотострелкового батальона 150 отдельной танковой бригады.
В июльских боях 1943 года при прорыве переднего края обороны противника взвод, которым командовал т. Шакиров, уничтожил до взвода пехоты противника и захватил два пулемета. Когда из строя вышел командир роты, тов. Шакиров принял командование на себя и умело вел роты в бой, расчищая дорогу для наступающей пехоты. Тов. Шакиров – мужественный командир, способный в боевой обстановке управлять вверенным ему подразделением. Достоин правительственной награды - медали «За отвагу». 24 июля 1943 года». А 23 октября 1943 года мой 19-летний брат погиб, защищая нашу Родину от немецких фашистов на землях Украины, в Киевской области, в бою за деревню Дмитриевка Дымерского района (ныне село Петровское Вышгородского района).
Всего же на той войне погибло шестеро моих родственников: Камаретдин Шакиров, Фатих Шакиров, Зариф Галин, Анас Харунов, Биргали Абуталипов, Малик Саяхов. Мы всегда помним о них и их ратном подвиге.

 

 Источник:

 

Шакиров, М. Войны без жертв не бывает [Текст] : [участник Великой Отечественной войны Ф. Г. Шакиров] / М. Шакиров // Белорецкий рабочий. – 2015. – 29 апреля. – С. 5.

 

Мой отец Иван Ипполитович Калугин 1906 года рождения был призван по мобилизации РВК 2 апреля 1942 года. Дома у него остались четверо ребятишек 11, 9, 5 и 4 лет, престарелые родители и беременная жена, родившая дочь в ноябре 1942 года, уже без мужа.

 

В августе 42-го он в составе 63-й армии 4-го Украинского фронта, а с ноября в составе третьей гвардейской армии 1-го Украинского фронта руководил ротой автоматчиков. Писем от него почти не было, только иногда открытки или фотографии с несколькими строчками, что жив. Всегда спрашивал, как мама справляется со всем хозяйством, ходят ли дети в школу. Однажды мой старший брат написал, что в школу ходить не в чем – зима, а валенок нет. Это письмо папе не доставили – нельзя было расстраивать солдата, но без внимания командир полка нашу проблему не оставил, обратился к нашим местным властям, и валенки появились. 
Папа не любил вспоминать о тяжелых боях, гибели однополчан, форсировании реки, сырых окопах, обмороженных ногах, штурмах городов и освобождении их от немецких захватчиков. О том, как он защищал Родину и какой путь ему пришлось пройти, можно судить по записям в красноармейской книжке и двум десяткам грамот и благодарностей, подписанным Иосифом Сталиным. 
В январе 1943 года папа принимал участие в разгроме гитлеровских войск на подступах к Сталинграду и освобождении станиц Кантемировской, Морозовской и других. 
С февраля по сентябрь 43-го освобождал Ворошиловград, Донбасс, Лисичанск, Артёмовск, Славянск, Краматорск, Барвенково, затем Запорожье. Бои были очень тяжелыми. В феврале 1944 года папа участвовал в ликвидации никопольского плацдарма противника на Днепре и освобождении Никополя. В этих боях папа был ранен. После выздоровления направлен на линию фронта на Львовском направлении. В июле 1944 года участвовал в ожесточенных боях за города Горохов, Владимир Волынский, Рава Русская. В августе советские войска форсировали Вислу, освободили польский город Сандомир. В январе 1945-го наши войска овладели крупным административно-хозяйственным центром Польши городом Кельце, важным узлом коммуникаций и опорным пунктом обороны немцев, а после и городом Острув.
В феврале 1945 папа участвовал в прорыве немецкой обороны на западном берегу реки Одер, в овладении на территории немецкой Силезии городом Грюнберг и в провинции Бранденбург городами Зоммерфельд и Зорау. В апреле наши войска завершили ликвидацию окруженного гарнизона противника и овладели городом-крепостью Глогау. Прорвали оборону немцев на реке Нейсе, продвинулись вперёд, овладели городами Коттбус, Люббен. А затем вторглись с юга в столицу Германии. Папа штурмовал Берлин.
Вскоре после этого отец вернулся во Львов, на реку Буг, откуда готовился отправиться на Дальний Восток, но был демобилизован 24 августа 1945 года. Интересно, что в день увольнения гвардии сержанта Калугина в запас Военный совет 3-й Гвардейской армии подарил ему на память фотографию Военного Совета Армии как отличившемуся в борьбе против немецких оккупантов. Эта фотография до сих пор хранится в семейном архиве.
Как участник Великой Отечественной войны, папа был награжден несколькими медалями, Орденом Отечественной войны II степени. Кроме того, папа был награжден медалью «Ветеран труда».
В мирное время Иван Ипполитович работал главным бухгалтером в лесхозе, вел большую общественную работу, был народным заседателем, председателем уличного комитета. Он организовал газификацию домов по улицам Горького, Красных партизан и Пушкина (в районе пруда). 
Будучи на пенсии, он охотно принимал приглашения в ревизионную комиссию, на встречи с детьми в школу № 1, где делился своими воспоминаниями о Великой Отечественной войне. Выступал он и в лесхозе, где работал.
6 февраля 1996 года папы не стало. Немного не дожил до своего 90-летия, пережив двух сыновей-лётчиков и любимую жену Лидию Захаровну, мать пятерых детей, награжденную «Медалью материнства» II степени. 

Источник:

 

Карпищук, З. Воинский путь моего отца [Текст] : [участник Великой Отечественной войны И. И. Калугин] / З. Карпищук // Белорецкий рабочий. – 2015. – 29 апреля. – С. 5.

 

 

Страница 13 из 21