Библиографический блог

Белорецк: вчера, сегодня, завтра ...

Блог Белорецк: вчера, сегодня, завтра

В железнодорожном цехе Белорецкого металлургического комбината больше половины своей жизни трудился Дмитрий Александрович Скворцов, которому в июле этого года исполнилось бы сто лет. Достойно пройдя долгий трудовой путь, он, как патриот своего дела, продолжил работу в цехе и после выхода на заслуженный отдых, организовав первый музей ЖДЦ.

Д. А. Скворцов

О своей жизни сам Дмитрий Александрович написал в письме своим внукам: «…родился в 1916 году в Харькове. В 1936 году окончил техникум заводского транспорта и был направлен на работу на Белорецкий металлургический комбинат, где проработал 56 лет в железнодорожном цехе. В нём я прошёл путь от помощника машиниста паровоза до начальника паровозной службы. В руководимом мной хозяйстве работали более 1000 человек, было около 100 паровозов, 5 депо, паровозовагоноремонтные мастерские. В военные годы я был направлен в аппарат горкома партии, где на различных ответственных должностях проработал 5 лет; был членом КПСС с 1939 года. Министерством путей сообщения в 1954 году мне было присвоено персональное звание «директор-подполковник». 

Уже будучи на пенсии, работал начальником планово-экономического отдела цеха (в цехе было до пяти тысяч человек). Но в последние годы я обнаружил, что моё настоящее призвание – лекторская работа, которую я вел на общественных началах. Именно чтение лекций по международной и экономической тематике приносило мне наибольшее удовлетворение. Влекла меня также и история, и я с удовольствием стал организатором музея истории нашего цеха».

С Дмитрием Александровичем Скворцовым секретарь комсомольской организации ЖДЦ Лидия Круглова познакомилась на службе, проработала с ним в одном кабинете много лет и по праву считает его своим наставником и близким другом.

– Я всегда удивлялась его работоспособности и выдержке, - вспоминает она. – А главное – знаниям во всех областях политики и экономики. Немало времени и сил потратил он, по крупицам собирая информацию об истории цеха.

Позднее, в стенах основанного им музея, Дмитрий Александрович лично показывал старинные инструменты и рукописи, бережно доставленные в музей со всех станций, которые обслуживала Белорецкая железная дорога – от Запрудовки и Юрюзани до отдаленных инзерских и туканских ответвлений, – рассказывал о строительстве и вехах развития, о ветеранах-железнодорожниках и буднях современного железнодорожного цеха.

Дети и внуки Дмитрия Александровича жили в разных городах, но часто проводили свои отпуска и школьные каникулы в Белорецке. Рассказы отца и деда, песни в саду, домашняя библиотека и старое кресло-качалка – всё до мельчайших подробностей хранится в их памяти до сих пор.

– Папа был необыкновенно образованным человеком, причём в разных областях, – вспоминает Светлана, младшая дочь Дмитрия Александровича. – Во время подготовки к государственным экзаменам в институте я нуждалась в квалифицированной консультации, и папа в течение нескольких недель присылал мне письма с такой полной информацией, что профессор, принимающий у меня экзамен, спросил, откуда я это всё знаю, ведь ни в одном учебнике таких сведений нет. И когда я показала ему папины письма, профессор поражённо спросил: «Он что, специалист в области права?». В тот момент я испытала огромную гордость за своего отца.

Ирина Ткаченко, внучка:

- Дедушка – это свет моей души, даже воспоминания о нем делают нас светлее…. В нём было столько оптимизма, доброты, терпения, понимания и знаний. Он очень любил родных, жизнь, свой комбинат и родной город. Он обожал ходить на лыжах, восхищался снегом, погодой, зимними пейзажами так, как будто видел всё это впервые. 

 Ольга Ткаченко, внучка:

- Мне казалось, что в мире нет того, чего бы не знал дедушка. Именно он открыл для меня географию, читал целые лекции о разных государствах, а после просил меня повторить всё, что я запомнила, и показать каждое государство на карте. Уже в 10 лет я прекрасно ориентировалась на карте мира. С дедушкой было интересно и легко, он был очень музыкальным человеком. По вечерам мы давали «садовые» концерты, хором выводили «Утро красит нежным цветом стены древнего Кремля…».

 Внук Александр также поделился воспоминаниями:

- Помню, дедушка рассказывал, как он переводил текст какого-то контракта с украинского языка на русский. Контракт заключали БМК и некое украинское предприятие. В Белорецке не смогли найти переводчика и обратились к дедушке. Ему было около 75 лет. На Украине, в Харькове, он бывал чрезвычайно редко, а в последние годы безвыездно жил в Белорецке. Не знаю как, но контракт он перевел, и был необычайно этим горд. Это была гордость человека, который и в преклонном возрасте оказался нужен родному комбинату и не подвёл его.

Любовь к знаниям, науке, работе, железной дороге и семье сделали Дмитрия Скворцова сильной и яркой личностью. Он оставил свой след, а точнее, свет в истории комбината и города. Он шёл вперед с девизом: «Дожить до ста лет». Дмитрия Александровича нет с нами уже 15 лет, но он остался в воспоминаниях многих людей, заняв крохотный уголок или же большую часть в сердце каждого, с кем свела его жизнь, с кем довелось ему работать.

Источник: 

Полетавкина, Н. Светлый след Дмитрия Скворцова [Текст] : [в железнодорожном цехе БМК Д. А. Скворцов трудился больше половины своей жизни. После выхода на пенсию организовал первый музей ЖДЦ] / Н. Полетавкина // Белорецкий рабочий. – 2016. – 6 августа. - С. 8.

Понедельник, 15 Август 2016 00:00

Жизнь прожить - не поле перейти

Автор

Нелегко складывалась судьба детей, рано начавшихся трудиться в годы войны. Не стал исключением и ветеран БМК, бывший работник доменного цеха, Хамзариф Шарафутдинов, который скоро отметит своё 85-летие.

Х. Ш. Шарафутдинов 

Я с тремя старшими братьями и мамой жил в деревне Чишма Дюртюлинского района, — рассказывает ветеран. — В 1941 году моё беззаботное детство десятилетнего мальчишки было прервано. Братьев одного за другим забрали на фронт. Запомнилось, как навзрыд плакали женщины, отправляя на войну мужей, братьев и сыновей. В деревнях из мужчин остались лишь старики да безусые мальчишки.

Старший брат, отправляясь воевать после окончания пехотного училища, известил маму телеграммой, что его поезд проедет мимо ближайшей железнодорожной станции. Чтобы напоследок посмотреть на него, мама в лютый мороз прошла пешком 90 километров до посёлка Янаул, но воинский эшелон не остановился, и она лишь успела разглядеть, как кто-то с подножки вагона махал ей рукой. После этого мама слегла от простуды и через девять дней умерла. Так в 1943 году я остался один. Все братья погибли на фронте. Последним, 4 марта 1945 года, в Венгрии был убит старший брат Салих.

— Время было суровым, голодным, — продолжает Хамзариф Шарафутдинович. — Все продукты – зерно, молоко, мясо — отправлялись на фронт. Особенно тяжело в деревне стало в 1944 году, и, чтобы я не умер с голода, решением председателя колхоза меня определили в детский дом, куда некоторые матери отдавали детей, чтобы спасти их от голода. В деревне к этому времени стали появляться первые покалеченные фронтовики, и один из них, Аффан, потерявший от осколка снаряда обе ноги, взял меня к себе на воспитание. Ему было нелегко жить на мизерную пенсию, и каким-то образом он сумел договориться, чтобы меня приняли на работу в колхоз помощником пастуха.

В конце войны из ссылки, начавшейся в 1919 году, вернулся мой дедушка. Его арестовали за то, что он был управляющим делами купца Селиванова в Елабуге. С того времени я рос в семье дедушки, работая подпаском, пока меня не призвали в армию.

В Белорецк Хамзариф Шарафутдинович приехал по зову друга Мудариса, с которым он познакомился в детском доме и который после армейской службы уже трудился на БМК в доменном цехе. Попасть на комбинат в середине пятидесятых годов, по воспоминаниям ветерана, было сложно. Брали на работу далеко не всех, но смышлёного парня, служившего в армии авиационным техником, приняли в транспортное отделение ЖДЦ грузчиком. Но ему хотелось трудиться вместе с другом, и, когда такой случай представился, Хамзариф перевёлся в доменный цех.

— Недолгое время я работал каталем, подвозя на небольших железных тачках от места разгрузки грузов до завалки печи всё, что нужно для процесса получения чугуна — кокс, руду, известняк, — вспоминает Хамзариф Шарафутдинович. — Особенно тяжело было летом, когда от пыли и доменных газов разъедало глаза и было тяжело дышать. Затем трудился скиповым на доменной печи, не раз меня награждали грамотами, благодарностями, признавали ударником социалистического соревнования. Работать старался так, чтобы людям в глаза смотреть не стыдно было. Невзирая на трудности, находил время бегать вечерами на танцы. Так я познакомился со своей супругой, работающей на комбинате в разливочном пролёте мартеновского цеха. Вместе начали строить дом в Октябрьском посёлке, а когда подросли сыновья, помогали им возводить своё жильё. Дети пошли по моим стопам, работали на комбинате: младший Дамир начинал крановщиком в мартеновском цехе, старший Гариф трудился в ЦЛП №11.

В доменном цехе ветеран работал до 1981 года, до выхода на заслуженный отдых. Энергия и хорошая физическая форма позволили ему ещё восемь лет трудиться в Белорецком аэропорту разнорабочим, обслуживая взлётную полосу.

— Дел мне всегда и дома хватало, — признаётся герой публикации. — К тому времени у нас с хозяйкой уже четверо внуков появилось. Как лето — так дети на поправку здоровья их к нам привозили. А сейчас у нас шесть правнуков, и пусть не все, но в гости приезжают. Для нас это - особенная радость! И я уверен, что на мой юбилей, 12 августа, в нашем доме соберётся вся большая семья.

Источник: 

Воробьев, А. Жизнь прожить – не поле перейти [Текст] : [воспоминания о военном детстве ветерана БМК Х. Ш. Шарафутдинова] / А. Воробьев // Металлург. – 2016. - № 30. – С. 2.

— Снимок был сделан в этом году в преддверии Дня металлурга, когда женский коллектив управления прокатного цеха решил отметить праздник туристическим походом и прогуляться по Оголихинской тропе, — рассказывает экономист ФЭО Татьяна Степанищева. — Это рукотворное сооружение находится недалеко от проходной стана 150, поэтому после окончания рабочей смены мы отправились на лесную дорожку. Пригласили и бывших сотрудников цеха, детей, внуков.

Тропа проходит вдоль ручья посередине склона, поросшего сосновым лесом. Ребятишки лакомились ягодами и собирали грибы, растущие по обочинам. А мы, взрослые, любовались природой, красивыми видами, которые открывались отсюда.

Человек, построивший тропу, — Иван Оголихин — работал на БМК в цехе №11, был спортсменом и активистом. Большое дело он начал один, потом к нему подключились школьники и неравнодушные люди. Строительство велось в семидесятых годах прошлого века. Сама тропа представляет собой сооружение из камней, покрытых дёрном, высотой местами более полуметра.

Приглашаем всех желающих посетить это удивительное место!

 Источник:

Степанищева, Т. По Оголихинской тропе [Текст] : [Оголихинская тропа находится недалеко от проходной стана 150. Строительство тропы велось в семидесятых годах XX века] / Т. Степанищева // Металлург. – 2016. - № 30. – С. 5.

Владимир Желтов, бывший работник стана 150, — личность интересная: он отличный рассказчик, способный увлечь любого слушателя занимательными историями, знаток автоматики и электроники, радиолюбитель, садовод. Но среди множества своих увлечений предпочтение он отдаёт геологии.

Владимир Николаевич Желтов побывал и на месторождении кианита

(Борисовские сопки Челябинская область)

Мы встретились с Владимиром Николаевичем на даче. Головокружительно пахнет цветами, стеной вьётся лимонник, тянутся к свету аккуратные лозы винограда, а в солнечных лучах сверкают кристаллы горного хрусталя, вместе с другими минералами обрамляющие мини-бассейны. Но большая часть коллекции находится у хозяина дома.

— Началось моё увлечение ещё в детстве, — рассказывает герой публикации. — Из-за сердечной недостаточности я получил освобождение от физкультуры, и свободное время коротал за книгами, став постоянным читателем детской библиотеки. Как-то мне попалась в руки книга Ферсмана «Занимательная минералогия». Прочёл её на одном дыхании, потом нашёл и остальные произведения автора. С тех пор камни стали для меня чем-то весьма важным.

Тогда я учился в школе №4, что располагалась в двухэтажном деревянном здании на месте цеха легированной проволоки, в 1961 году перешёл в школу №15. Там, по совету учителя физкультуры, просто посещал уроки и постепенно пристрастился к спорту. В результате скоро сдал на первый разряд по лыжам, да и здоровье улучшилось.

Кроме того, я стал участником школьной туристической группы. Однажды, после победы в очередных соревнованиях, мы поехали в Уфу на награждение. Там нам предложили ходить в походы с пользой, например, заниматься геологией. Так началась моя «геологическая эра». Куратором этого направления от Уфы стал геолог-инструктор Феодосий Чебаевский, настоящий знаток своего дела. На следующий год я принёс на слёт целую коллекцию камней. Первые мои находки были на станции Катайка, где в карьере можно было найти маломощные кварцевые жилки, встречались друзы горного хрусталя, в том числе и довольно крупные, почти как на Матинском месторождении. Попадались даже прозрачные кристаллики, внутри которых «булькал» кристаллообразующий раствор. Когда Феодосий Чебаевский это увидел, он воскликнул: «Володя, это же очень редкий образец, который будет украшением любого музея!». Оценка «мэтра» ещё больше подогрела мой интерес к геологии.

В походах Владимир часто делал открытия. Например, нашёл выход лиственита по Тирлянскому тракту, на шестнадцатом километре, там, где раньше был кордон Чайная на реке Нижняя Мата и где отдыхали в пути тирлянские возчики, возившие на подводах древесный уголь для металлургического завода. Благодаря его находкам туристическая команда несколько лет подряд занимала призовые места на республиканских турслётах. За активное участие в них Владимир получил грамоты от министра Башкирского управления геологией и от министра геологии СССР.

— В 1964 году я окончил школу, и мне от городского отдела образования и Башкирского управления геологией выдали целевое направление в Свердловский горный институт, — продолжает герой публикации. — Увы, опьянённый свободой, я проучился там всего два года и устроился на работу в геологическую Степную экспедицию, базирующуюся в Казахстане. Мы занимались изысканиями урановой руды у нас на Южном Урале, в том числе в местности, называемой «Русская Бразилия», расположенной в Челябинской области. Там в гранитных массивах мы находили аквамарины, топазы, изумруды, горный хрусталь и редкоземельные минералы.

Осенью я вернулся из экспедиции и восстановился в институте. Практику проходил на бокситовых рудниках месторождения «Красная шапочка» в Североуральске горнорабочим пятого разряда. По тем временам заработал колоссальную сумму — четыре тысячи двести семьдесят рублей, тогда на них можно было купить машину «Волга». Рад, конечно, был безмерно.

Вскоре меня призвали в армию. Служба проходила в Сибири и в Монголии, в железнодорожных строительных войсках. Демобилизовавшись, вернулся в Белорецк и устроился на комбинат. Во время производственного обучения в школе и получил специальность электромонтера и проходил практику в кабельной бригаде цеха №8, затем недолгое время работал в СПЦ №6. Поэтому у меня уже был небольшой опыт, и в 1971 году меня приняли в ЦЛП №11. Там я участвовал в запуске участка тёплого волочения, где изготавливались высоколегированные марки проволоки. В 1979 году перевёлся в группу автоматики стана 150 под руководством мастера Владимира Булавина. Когда монтировали новое оборудование прокатного цеха, сюда собрали самых опытных специалистов со всех цехов комбината: из лаборатории автоматизации, ЦЛП № 11, ЦХПЛ № 12, отдела АСУП. Это были активные, творческие люди, всей душой переживающие за результат своей работы. У каждого был свой производственный объект. Я, к примеру, под руководством опытного наладчика из Учалов во время пуска стана отвечал за работу первой промежуточной группы клетей. Так и трудился в группе автоматики, позже работал на оборудовании печного участка, отвечал за цифровое задание и станки с ЧПУ.

В 2005 году, после выхода на заслуженный отдых, Владимир Николаевич, заручившись поддержкой семьи, вновь занялся минералогией. В первую очередь он написал статью «Горный хрусталь Белорецкого района», отметив. Что наш город является хрустальной столицей республики, и разместил ее на одном из интернет-порталов. Скоро посыпались предложения о совместных экспедициях. Сдружился Владимир с группой магнитогорцев, тоже серьезно увлеченных минералогией. Вместе они ездили на месторождение Матинское, где раньше занимались профессиональной добычей горного хрусталя для использования в пьезодатчиках военного назначения. По словам Владимира Желтова, добыть из земли горный хрусталь непросто, порой не один шурф надо выкопать, чтобы подсечь жилы.

Также с новыми знакомыми он побывал в районе посёлка Махмутово, в прочих интересных местах. В качестве ответного визита Владимира пригласили на рудник Южный, что находится в 80-ти километрах от Магнитогорска, в Нагайбакском районе, на другие месторождения Челябинской области. Итогом его геологических походов стала коллекция минералов, которая постоянно пополняется. Самые красивые снимки с разработок он размещает в социальной сети «ВКонтакте», где каждый может оценить подземную красоту наших мест.

Рассказы Владимира Николаевича об особенностях уральских камней, дальних поездках на горные хребты и месторождения можно слушать часами. Нужно видеть, как загораются его глаза, светится улыбкой лицо, когда он трепетно берет в руки очередной минерал. И камни словно оживают, озаряются внутренним сиянием, точно чувствуя теплоту ладоней человека, отдающего своему увлечению частичку души.

 Источник:

Воробьев, А. Раскрывая тайны минералов [Текст] : [В. Н. Желтов, бывший работник стана 150, многие годы изучает особенности уральских камней] / А. Воробьев // Металлург. – 2016. - № 30. – С. 7.

Прочитал я статью «Сохраним свою историю» и вспомнил о фотографиях, хранящих память о давно исчезнувшей постройке, и дороге, по которой многие из нас когда-то добирались до Тирляна. Эти снимки сделаны летом 1964 года.

Прямо на стене здания, в котором располагался райвоенкомат – теперь на этом месте здание главпочтамта – росли березы.

Сколько лет было этим деревьям, не знаю. Когда сломали стену, я хотел отпилить кусок комля, чтобы посчитать годичные кольца дерева. Но ничего не смог сделать ни пилой, ни топором – так «пропитался» ствол камнями, что березы воистину стали каменными. Как прицепились семена берез к стене? Почему выросли именно здесь? Можно предположить, что первые годы их жизни лето было дождливым, что способствовало росту деревьев. Может быть, корни с годами достигли почвы. А может быть, вода к ним поступала по кладке. Если быть точнее, березы получали в качестве подпитки смесь из всего, что растворялось в дождевой и талой воде. Ещё одна береза росла на каменной стене у входа в детский сад № 4, что был на углу улиц Косоротова и Карла Маркса.

 

На втором снимке – поезд идёт в Тирлян

Публикаций о белорецкой узкоколейке в «Белорецком рабочем» было написано немало – и как строилась, и что по ней перевозили, и какое значение имела она для города и района. Но ведь она ещё и людей перевозила - а об этом лишь упоминали так, между прочим. До 1963 года это был самый надежный выход на «большую землю». Конечно, летали еще и самолеты – АН-2, Ли-2, ИЛ-14, АН-24, - но грунтовая взлетно-посадочная полоса в белорецком аэропорту не всегда была готова к их приёму (бетонку построили лишь в 1975 году). А тут ещё и утренние туманы … Словом, узкоколейка была самым надёжным транспортом.

По одному разу в сутки ходили пассажирские поезда в Запрудовку, там можно было пересесть на любое направление, а также в Тукан-Зигазу и в Инзер. Расстояние от Белорецка по всем направлениям примерно одинаковое и преодолевал его поезд за ДЕСЯТЬ часов! Водили поезда паровозы, которые нужно было заправлять водой через каждые 15-20 километров.

Пассажирские вагоны – деревянные, но тепло было них и в морозные дни. Вдоль вагона располагались три купе. На нижней полке - по три сидячих места, на верхней - по одному лежачему. Ещё было купе проводника. Освещение – керосиновый железнодорожный фонарь или свеча.

Самым интенсивным было пассажирское сообщение до Тирляна – к каждому грузовому составу прицепляли по одному-два пассажирских вагона. А ещё в летние дни широко использовался «холодный» - лежишь на руде из Тукана, или на сутунке, что везли из Белорецка в Тирлян, или на кровельных листах из Тирляна и любуешься природой.

А ещё был «директорский» вагон: обычный вагон, половину которого занимал «салон» - посередине стол, вокруг него три дивана с пружинными сиденьями. В другой половине – купе с двумя спальными местами и купе проводника.

Я рассказал о поездках на УЖД начала 1960-х годов. В последующие годы на смену паровозам пришли тепловозы. Увеличилась скорость движения. Но у меня уже не было нужды пользоваться услугами железной дороги.

Теперь вот нет узкоколейки. Жаль, что не нашли ей применения.

Источник: 

Хрусталев, А. Березы на стене и узкая колея [Текст] : [история старых фотографий. Лето 1964 г.] / А. Хрусталев // Белорецкий рабочий. – 2016. – 3 августа. – С. 6.

Белоречанин Максим Кондаков служит на Черноморском флоте уже много лет.

- Максим, расскажи о себе и своей семье. 

- Я родился 27 марта 1982 года в Белорецке в семье рабочих. В 1985 году наша семья переехала на родину отца, в деревню Бурново Бирского района. А в 1992 году вернулась на прежнее место жительства в город Белорецк.

В 1988 году я поступил в Бурновскую среднюю школу. После этого мне довелось поучиться в нескольких школах нашего славного города металлургов: сначала немного в школе № 14, затем в школе-гимназии № 17, после этого пару лет в школе № 13 и, наконец, девятый класс я заканчивал в школе № 15. В 1997 году, после окончания 9-ти классов, поступил в Профессиональный лицей № 25. В 2001 году окончил его с присвоением специальности «техник-технолог обработки металлов давлением». Одновременно с прохождением преддипломной практики с апреля по июнь 2001 года работал в канатном цехе № 17 ОАО Белорецкий металлургический комбинат, по профессии машинист по навивке канатов третьего разряда. Годик даже довелось проучиться в Белорецком филиале МГТУ им. Носова. Сейчас учусь в ЧВВМУ им. П.С. Нахимова по специальности судоводитель.

Семья у нас большая: мама Елена Владимировна Гололобова родилась и живёт в Белорецке. Сейчас она пенсионер; папа Сергей Георгиевич Кондаков родился в деревне Бурново. Умер в 1992 году. Похоронен на своей малой родине, в деревне. Отчим Сергей Иванович Гололобов. Сестры Екатерина Наумова и Ольга Евстигнеева Ольга. Брат Дмитрий Гололобов, был ещё один брат – Александр, но он погиб в 2005 году.

Жена Маргарита, родилась в городе Севастополь, Республика Крым. Там же в 2011 году родилась и наша дочка Ксения.

- Как сложилась твоя жизнь после учёбы и как ты попал на флот?

- С июня по ноябрь 2001 года я работал подсобным рабочим на строительном объекте ЧП «Белова Г.В.» (строил торгово-административное здание по улице Луначарского).

А 10 ноября 2001 года меня призвали на службу по призыву. В январе 2002 года после прохождения курса молодого бойца был распределён на сторожевой корабль «Пытливый» Черноморского флота.  В августе 2003 года заключил контракт и продолжил службу на «Пытливом». В ноябре 2003 года уволился по собственному желанию.

Затем работал в канатном цехе № 3 ОАО «БМК» намотчиком проволоки третьего разряда. С декабря 2004 года по март 2011 года работал в цехе легированной проволоки № 11 водителем электро- и автотележки второго разряда.

- А потом море потянуло обратно?

- Можно сказать и так. С мая 2011 года и по сей день я снова на флоте. В настоящее время моя должность - старшина команды боевого информационного поста. Служу в звании главный корабельный старшина.

Служба на корабле лёгкой не была никогда. Я не в плане каких-то физических сверхнагрузок. Как раз наоборот, физподготовкой мы занимаемся, в отличии от той же морской пехоты, не так много. Основной упор у нас идёт на голову. Очень много надо знать. Помимо всяческих инструкций и Уставов, нужно знать свою материальную часть. А это нарабатывается годами. В большинстве своём техника сложная и, учитывая 30-тилетний возраст корабля, капризная. Не всех допускают к несению вахты с оружием. Я допущен. К дежурству по низам, например. Основная сложность в том, что в замкнутом пространстве заперты 200 человек, и у каждого из нас свои желания, проблемы и претензии на личное пространство. Как-то приходится уживаться. Не обходится и без конфликтов, как и в любом коллективе. Но здесь они быстрее утрясаются. Все понимают, что сегодня ты с товарищем поссорился, нахамил ему, а завтра он тебе жизнь спасёт.

- Что входит в твои обязанности старшины команды боевого информационного поста?

- От меня зависит безопасность плавания корабля. Надо рассчитать курс и скорость встречных кораблей и как безопасно с ними разойтись. Иногда при опасном маневрировании счёт идёт на секунды. Ну и плюс, это всё нужно задокументировать, составить отчётные схемы.

М. Кондаков в центре

«Пытливый» - хороший корабль, ходкий, манёвренный. Сторожевые корабли проекта 1135 «Буревестник» были самыми массовыми. И даже сейчас, корабли, сходящие со стапелей («Адмирал Григорович», «Адмирал Эссен») это лишь модификации 1135.6

- А помнишь свой первый выход в море?

- Если честно, не помню. Их уже столько было. Было это примерно весной 2002 года. Но было всё как положено: посвящение в моряки-надводники посредством выпивания морской воды из плафона, с торжественными речами командира и напутственным крепким словцом от замполита.

А вот в марте-июле 2003 года я впервые вышел в океан. Индийский океан встретил нас тогда неласково. Помотало. Тогда я первый раз узнал, что такое невесомость. В тот год мы впервые за много лет вышли в Индийский океан. Нужно было показать янки, что наш флот ещё жив и есть ещё корабли, способные им противостоять. Они тогда как раз начали операцию в Афганистане.

- У всех есть свои традиции, приметы и суеверия. Каковы они на море?

- Есть на флоте такая традиция: встречать корабли, пришедшие с боевой службы, дальнего похода, одиночного плавания, в общем с моря, жареным поросёнком. Если жив корабль – значит уже победители, враг-то не вернулся домой. Даже в годы Великой Отечественной не нарушали эту традицию.

Нельзя в море выходить по понедельникам. Особенно в дальние походы.

Нумерация обнаруженных целей. Ни в одном вахтенном журнале не найдёшь цели под номером 13.

Еще Пётр I приказал на корабли женщин не брать, а если и брать – то по количеству экипажа, дабы никому обидно не было. До сих пор соблюдается. Хотя в иностранных ВМС женщины уже давно служат на кораблях. В Турции это обычное дело, а в США уже даже транссексуалов берут на корабли. Я надеюсь, что я до такого не доживу. Но у каждого нашего корабля есть невеста.

- Максим, что запомнилось больше всего за годы службы?

- Даже и не знаю, что сказать… Поначалу всё было в диковинку, а сейчас естественно вошло в привычку. И некоторые вещи, которые когда-то казались необычайно интересными и занимательными, сейчас видятся обыденными и само собой разумеющимися. Наверное, самое яркое впечатление всё-таки море. Открытое море. Оно живое, дышит, двигается. Постоянно двигается, никогда не останавливаясь. И ночью, безлунной, но звёздной, выходя на верхнюю палубу ты как будто попадаешь в космос. Границы между морем и небом не существует, её не видно. Звёзды, мириады звёзд отражаются в море, и возникает ощущение, что ты в космосе. Вот этого точно не забудешь никогда.

- Спасибо! С праздником и успешного возвращения домой!

Сейчас Максим Кондаков находится на боевом посту в Севастополе. Но совсем скоро их экипаж отправится в Сирии, в «горячую» точку, где они уже дважды побывали. Безусловно, всего, что там происходит он не имеет права рассказывать.

Фото из архива Максима Кондакова.

 Источник:

Борисевич, Н. Он выбрал море [Текст] : [белоречанин М. Кондаков служит на Черноморском флоте уже много лет] / Н. Борисевич // Белорецкий рабочий. – 2016. – 30 июля. – С. 5.

История канатного производства БМК

 

Канатный цех №2

Самый «молодой» цех БМК был основан в начале 1990-х годов и начал выпускать первую продукцию уже через три года. Основным его направлением было и остаётся производство стальных канатов различных конструкций, которые, благодаря высокому качеству, быстро завоевали популярность на рынке.

Гордостью цеха является канатовьющая машина корзиночного типа немецкой фирмы «Sket», которая позволяет производить толстомерные канаты. Основными потребителями продукции КЦ №2 являются горнодобывающие, а также нефте- и газодобывающие предприятия. Примечательно, что канаты, изготовленные здесь, были использованы при подъёме атомной подводной лодки «Курск».

 

Канатный цех №3

Производство канатов в Белорецке планировалось ещё в конце XIX века. Для этого начали строить новый корпус и заказали в Швеции оборудование. Строительство закончилось лишь в начале 1920-х годов. И через пару лет в цехе стояли три машины сигарного типа и 11 — корзиночных. В августе 1926 года на БСПКЗ были свиты первые канаты: так началась история цеха №3. На свободных площадях цеха поставили патентировочные печи, а канатные машины переместили в отдельный корпус в 1931 году, который мы и знаем как КЦ №3. В новом помещении разместили 13 сигарных машин и 23 корзиночных. Ручную укладку вытеснила механическая, появились тельферы, смонтировали пятитонный мостовой кран. В 1932 году изготавливали тонны шахтных, крановых, бурильных, такелажных, морских и речных канатов. Здесь впервые осваивали технологию нераскручивающихся канатов и канатов с линейным касанием проволоки.

 

Авиаканатный цех №5

В 1935 году в одном ряду с первыми цехами завода завершили строительство двухэтажного корпуса цеха №5. На первом этаже разместили производство «автоплетёнки», предназначенной для армирования бортов автомобильных шин, на втором — тончайших канатов, необходимых в оснащении самолётов. Также начали освоение производства аэростатных тросов. Это был один из наиболее «квалифицированных» видов продукции того времени, так как изготовить его мог только подготовленный персонал. Обычно работу цехов оценивают, сравнивая выпуск канатов в тоннах. В «пятом» этот показатель не характерен.

Здесь производят самые тонкие канаты, применяемые в вертолётостроении и автомобильной промышленности. Обладатели автомобилей «ВАЗ» хорошо знакомы с продукцией этого цеха. Канаты для стеклоподъёмников автомобилей были разработаны и производятся именно здесь.

 

Канатный цех №17

Ещё один канатный цех № 17 обязан своему рождению реконструкции 1940 года. Приступили к его строительству до войны, а в мае 1943 года новый канатный цех выдал первую продукцию. Работали на оборудовании, вывезенного из Одессы, Харькова и Москвы. В отличие от других цехов, строящихся до войны, «семнадцатый» расположился как бы в стороне, поэтому коммуникации к нему подвели не сразу. Кроме того, он долгое время не был подключен к заводской отопительной системе, и рабочим порой приходилось трудиться при минусовой температуре. Конец сороковых примечателен в истории цеха и тем, что на базе цеха №17 разработали способ получения нераскручивающихся канатов. В процессе свивки канаты стали протягивать через рихтовальное приспособление, состоящее из системы роликов, расположенных в горизонтальной и вертикальной плоскости. Со временем разрабатывались и внедрялись новые виды канатов — высокопрочные, длинномерные, оцинкованные, биметаллические, с токопроводящим проводом, металлотрос и другие.

 

По данным Ассоциации «Промметиз» с 2010 года БМК занимает лидирующие позиции по производству и реализации металлических изделий среди отечественных метизных предприятий и, конечно же, это стало возможным не только благодаря основным подразделениям сталепроволочного и канатного производств, но и другим — административным, вспомогательным подразделениям, без которых история не говорила бы о БМК, как о важнейшем предприятии страны.

Источник: 

Шабанов, А. Метизная дюжина [Текст] : [история канатного производства БМК] / А. Шабанов // Металлург. – 2016. - № 29. – С. 2.

— В нашем семейном архиве хранится газета «Белорецкий рабочий» от 20 декабря 1986 года, в которой был размещён снимок работниц двенадцатого цеха, — рассказывает Светлана Балбекова, ведущий экономист ОМТО. — На нём запечатлены Любовь Бубнова, Татьяна Латохина (моя мама), Камила Зарипова Наталья Плутова. Помимо снимка, о работницах цеха был напечатан материал, который назывался «Девушки в белых халатах».

Женщины, собравшиеся в бригаде, по-разному нашли своё призвание. Кто-то, как моя мама, окончил педагогическое училище, кто-то пришёл из торговли, городской типографии. Оказавшись на комбинате, в цехе, они поняли, что главное — любить свою профессию, пронести её через долгую жизнь и получать от неё моральное удовлетворение. Они уже не мыслили себя без комбината.

Мама работала контролёром изделий и была бригадиром комсомольско-молодёжной бригады, в которой практически все владели несколькими смежными специальностями, поскольку работа с часовыми пружинами была ответственной и трудоёмкой: необходимо было выполнять 16-17 различных операций.

В ноябре 1986 года бригада выполнила план на 169 процентов, и коллективу был присуждён переходящий приз имени Героя Социалистического Труда Сагиды Мухаметдиновой и вручен диплом «Лучшему трудовому коллективу».

Источник:

«Девушки в белых халатах» [Текст] : [Фото 1986 г. Работницы двенадцатого цеха] // Металлург. – 2016. - № 29. – С. 5.

Самый лыжный цех

На стадионе «Труд» комбината состоялось первенство Башоблсовета ДСО «Труд» на самый лыжный цех. В нём участвовали сильнейшие команды Башкирии. Наш комбинат представляли команды цехов №11 и прокатного №2.

В результате упорной борьбы сборная команда прокатного цеха №2 (на снимке) заняла в первенстве лидирующую позицию на втором месте — команда ЦЛП №11.

Е. Иващенко

 

Зато единственные

Все соревнуются. Те лишние проценты гонят, эти киловатты экономят. Азарт!

Мы вот тоже решили не отставать. Включились. И добились решительного перелома.

У нас в огнеупорном было два прогула, а стало пять. Здорово! Вот правда с медвытрезвителем пока застой — только двое его посетили, как и в январе.     

И у нас в «шестнадцатом» такая же картина: в два раза увеличили прогулы, а с медвытрезвителем замерли на достигнутой двойке.

Но всё равно каждый из нас в своей группе цехов имеет такие высокие показатели. Другие все их снизили...

Вот так, видимо, в душе своей оправдывают рост нарушений трудовой дисциплины руководители названных выше цехов. Но думается, что это неубедительно!

К. Михайлов

 

Бригада дружных

В сталепроволочно-кордовом цехе №6 одной из лучших по праву считается бригада канатчиц, которой руководит мастер Н. И. Хрусталёва. Этот коллектив трудится с применением элементов хозяйственного расчёта и добивается хороших показателей. Нормы выработки он выполняет в среднем на 110 процентов, успешно борется за экономию основных и вспомогательных материалов.

На снимке: В. И. Мартова, А. Н. Кошелева, Н. И. Хрусталёва, М. П. Сафуанова, О. В. Егупова, Н. Ф. Ермакова, Г. С. Клепинина и Т. Ф. Евсеева.

 

Со связанными руками

Коллектив цеха металлокорда успешно справился с планом и социалистическими обязательствами 1985 года. Но сегодня перед нами стоят более сложные задачи, а для этого необходимо снабжать цех без перебоев вспомогательными материалами, запасными частями, тарой, катушками под металлокорд.

Как обстоят с этим дела сегодня? Достаточно сказать, что из-за отсутствия подшипников сейчас простаивают 25 канатных машин, из-за ремней — вдвое больше.

Постоянно не хватает катушек. С начала года, к примеру, вместо 15 тысяч мы получили меньше половины. По этой причине на складе скопилось более 800 тонн готового металлокорда, и мы не можем его отправить потребителям. И это в то время, когда производство металлокорда в стране не удовлетворяет потребности шинников.

Нельзя не затронуть и вопрос качества. Нам надо работать так, чтобы по истечении года вернуть государственный Знак качества бортовой проволоке.

Г. Будуев, начальник цеха.

 

На празднике металлургов

...Вдоль трибун проходит колонна юных барабанщиц. За ними под звуки духового оркестра проезжает сводная колонна: автомашина, на которой живая скульптура «Рабочий и крестьянка» и колонна мотоциклов, на которых сидят девушки в национальных костюмах с флагами союзных республик.

Вверх взмывают разноцветные шары с надписями «Слава труду!», ракеты.

По беговой дорожке на лошадях выезжают Седой Урал и Хозяйка Медной горы. В дар металлургам они преподносят «малахитовую шкатулку», из которой выпрыгивают мальчик с девочкой в русских костюмах и исполняют танец...

Н. Часова. Фото В. Елизарова.

 

На счёт №904810

Этот номер специального счёта, открытый в государственных банках, знают нынче почти все: на него переводятся средства в помощь населению, пострадавшему от аварии на Чернобыльской АЭС.

В Белорецке сумма взноса на нём растёт день ото дня. И наибольший вклад — от металлургов.

В цехе №4, к примеру, первой дружно откликнулась помочь бригада волочильщиков мастера З. Д. Хусаинова. Здесь 16 человек сдали 100 рублей.

Комитет профсоюза цеха выпустил «Молнию», в которой призвал все коллективы отделений и служб поддержать хорошее начало волочильщиков. Пример сразу подали инженерно-технические работники, сдав по 6-10 рублей каждый.

М. Игошева, бригадир, председатель комитета профсоюза цеха.

 

Что же умеют жених и невеста?

На днях во Дворце культуры и техники металлургов впервые состоялась помолвка молодожёнов. Ими стали оператор поста управления прокатного цеха №1 Владимир Рябов и медсестра медсанчасти комбината Елена Юнусова.

Под звуки музыки молодожёны, их друзья и родственники проходят в южное фойе Дворца. Их встречают заведующая бюро записей актов гражданского состояния Н. В. Залавина и заместитель директора ДК А. Н. Рябова.

Ведущие начинают задавать вопросы и молодым, и родителям, и друзьям. Дискуссия проходит оживлённо, вызывая много смеха, шуток.

Невесте было предложено завязать галстук будущему мужу, накрыть стол и встретить гостей. Со своими обязанностями она справилась на «отлично».

Жениху предложили запеленать куклу и спеть колыбельную. Владимир запеленал «ребёночка», а вот слов колыбельной не знал. Но твёрдо заявил:

- Обязательно выучу!

Настал торжественный момент. Звучат слова Н. В. Залавиной:

- Елена и Владимир, вы объявляетесь невестой и женихом! Регистрация вашего гражданского бракосочетания состоится... Совет вам да любовь!

С. Тихонова

 

За доблестный труд

14 ноября во Дворце культуры и техники комбината состоялось вручение трудящимся города и района правительственных наград по итогам работы в одиннадцатой пятилетке.

На снимке: группа награждённых из прокатного цеха №1. Вальцовщик Б. К. Ермилов, начальник цеха Е. А. Кондаков, токарь В. В. Оголихин, оператор поста управления А. В. Ляпин, нагревальщик Р. Я. Ишемьяров, слесарь Н. А. Богомолов.

Фото В. Елизарова.

 

Вот жалуются...

Жалуются иногда: мол, недооценивают у нас на предприятии людей. А вот прочитал я на днях распоряжение по комбинату №279 и еще раз убедился: не могут скажем мастер механослужбы стана «260» В. с подчинёнными слесарями С. и X. обижаться что их «дела» не оценили. Стоило только бойкому X. проявить резвость заячью и на ходу запрыгнуть в тележку трактора который также бойко вёл С., как оба лишились премии за апрель и вместе с мастером получили по выговору.

По-моему, по достоинству оценено на этот раз и снижение требовательности к рабочим со стороны мастера и акробатический «номер» слесарей.

Вот только может стоит помнить всем нам на комбинате что предприятие - это всё-таки не цирк и тут лучше действовать по правилам техники безопасности.

С неуважением к вышеназванным, Ёж.

 

Соперничество рождает успех

Уже более тридцати лет коллектив цеха №3 участвует в социалистическом соревновании с канатным цехом Магнитогорского калибровочного завода.

В текущем году за первое полугодие в этом соревновании лучшей была признана смена старшего мастера Н. И. Фёдорова. Это дружный сплочённый коллектив, он одним из первых перешёл работать на бригадную форму организации труда. На единый наряд здесь трудятся и машинисты по навивке канатов, и намотчики, и ремонтники. И сразу же заметно повысилась исполнительская дисциплина в коллективе, качество работы.

На снимке: М. В. Желяков, Н. И. Фёдоров и Р. И. Гильманов.

Фото В. Елизарова

 Источник:

Кожевникова, Т. 1986 год [Текст] : [история, запечатленная на страницах «Металлурга», начиная с 1966 года] / Т. Кожевникова // Металлург. – 2016. - № 29. – С. 11.

«В началоНазад12345678910ВперёдВ конец»
Страница 1 из 42